Наследие Древних

Да и эльфийский воск на такое дело далеко не любой мог себе позволить. Почерк, несомненно, был мой. Характерные обороты речи и даже типичные ошибки – тоже. Бумага, та вообще гербовая, словно не статья в газету, а официальное письмо соседнему монарху. Ни к чему не придерёшься. Разве что к слишком уж большому количеству улик. В жизни так не бывает.

– Признаю, ушастые, шутка как раз в моём стиле, но это точно не я, – обратился к жёнам.

– Это не совсем твой стиль, – вдруг помрачнела Лара.

– То есть? – начал, но осёкся я.

Такое тёмное настроение на мою тёмную жену всегда находило практически в одном-единственном случае. Вернее, в двух, но они неразрывно связаны. Сликовники и тот бог, который якобы её от них спас, приведя меня в нужный момент к алтарю. Жрецы, совершающие жертвоприношения, вообще шутить склонны не были, зато бог как раз этим делом славился. И, к сожалению, с ним ничего нельзя поделать. Вернее, я всегда считал, что один способ всё-таки есть. Его придумал не я сам. Есть довольно известная шутка на Земле.

– Да! Поэтому я и живу так, чтобы ему было интересно смотреть.

Уж на нашу-то семью однозначно интересно смотреть без всяких дополнительных божественных шуточек. Нет, я прекрасно понимаю, что это всего лишь моё самоуспокоение. Но почему бы и в нём не быть хотя бы части правды? Особенно когда нам попался именно такой бог.

Угадал, Лара подумала о том же, о ком и я. И тоже не могла найти никакого выхода, кроме как поселиться в долине с Древом, хотя бы на время беременности.

Последнее в принципе неудивительно, Эль с Ларой и в прошлую беременность отличались домоседством. Ещё менее удивителен скандал, который мне закатили, когда Ли привела в порядок систему порталов, в том числе и тот, который находится в проклятых землях Фиора.

– Пусть Анжа едет! – в один голос заявили эльфийки. – Она тамошняя королева, ей и отрабатывать.

Только не надо думать, что я тут же загорелся желанием туда слинять. Ничего подобного даже в мыслях не было. Честно. Ну, почти не было. И вовсе не потому, что планировал сбежать от находящихся в плохом настроении, по причине беременности, ушастых и от повзрослевших детей.