Другая сторона

– Кто из вас придумал щит, символизирующий не совсем законную княжескую жену? – в свою очередь, спросил я. – Теперь и для новой законной придумывать вам.

Вообще-то я и не собирался возражать (если что не так, пусть потом с мамами воюют, кони – это по их части). Только эти «символы» к самому князю, то есть ко мне, почему-то с самого начала стали плохо относиться. Не понравилось сравнение с осликом? Тогда так им и надо! Попадут к нам в долину, узнают, что тот самый ослик – третья морда в табуне. После Ужаса и Мига, разумеется.

Правда, есть еще Дрэйк, который себя самым главным после хозяина считает, но кони и все приравниваемые к ним на это не особо обращают внимание. Мол, мы в твои собачьи дела не лезем, и ты не суйся в наши. А есть еще некий ворон Саурон, сумевший каким-то невероятным образом проскочить с Земли за своей хозяйкой Анжей. Этот тоже себя самым главным считает и в доказательство собственной правоты может проехать на спине любого коня.

А вообще какие-то глупые единороги попались.

Однако появление копытного транспорта не сделало наше передвижение быстрее. Тут все понятно: скорость всего отряда равна скорости самого медленного его члена, а Ив с Марой точно не были таковыми. С мобильностью немного иначе. Она в разных условиях может измеряться по-разному и нередко приравнивается к самому быстрому.

Всадников у нас было два, причем исключительно мои дети. И вовсе не потому, что мелкие никому не желали одалживать своих единорогов. Кони моих жен, Ужас и Миг, тоже не любят других наездников, кроме своих хозяек. Но если Эль или Лара просят, возят кого надо. Эти же, кроме мелких ушастиков, никого на своих спинах видеть категорически не желали. Может, на самом деле придумать подходящие имена, и тогда успокоятся? Правило действует с норовистыми эльфийскими лошадьми, наконец выбравшими себе хозяев.

Глава 8

Ахрон. Верховный жрец

Слава Темной Стороне луны и Звимзелу, ее покровителю и защитнику.

Нечасто наш бог обращается к нам. Через алтари – бывает, но чтобы вот так, лично… За те неполные семьсот лет, что я занимаю пост Верховного жреца, не было ни разу. А за всю нашу историю такие случаи можно на пальцах пересчитать.