Риск на счастье

Дорога проходила в полном молчании, но уже не таким уютным, как могло бы быть. Все мысли витали вокруг находки и Максима, причастного к непонятно чему, так что настроение было на нуле, что не укрылось от рядом идущего мужчины.

– Ника, – притормозил он меня возле входа в клуб, – Скоро все наладится.

Я хотела ему верить, переложив проблемы на сильные плечи, но, как иногда бывает, скептицизм вылез, когда не просили.

– Что наладится, Лев? Ну, найдем мы Максима. А дальше что? Как жить с мыслью, что родной человек, пусть в отношении Максима я и настроена негативно, но все же он мой отец, и хочется верить, что мы для него не пустое место, мог так нас подставить.

А Мила? Чем она это заслужила? Она ведь верила ему, Лев, любила, и тут такое разочарование. Как ей с этим жить? – горькие слова все не останавливались, выливаясь сумбурной речью. – Владимир прав, если бы нас нашли раньше хозяева этого скарба, нам бы не поздоровилось.

– Поэтому я рад, что мы нашли вас раньше, – заметил Лев.

– А я то как рада, – искренне ответила и продолжила, – Как только найдем этого говнюка, я его и на пушечный выстрел не подпущу к сестре. – сжала кулаки, давая обещание самой себе и не врала. Хватит! Я и раньше его терпеть не могла, но, стремясь сохранить мир между нами с Милой, не просила, чтобы она забыла о нем, но после такого самолично пресеку любые поползновения в ее сторону.

– И мы вам в этом поможем, – поддержал меня Лев, сжимая мою руку.

– Спасибо, – прошептала тихо, подходя ближе и утыкаясь ему в плечо.

Он был не против, успокаивая легкими поглаживаниями по спине.

– Вероника, ты опоздала! – ненавистный голос был последним, что я хотела слышать в этой жизни. Почему проблема, то есть Эдуард, не может рассосаться сама собой? – вопрос на миллион.

– И вам доброго вечера, Эдуард Александрович, – поздоровалась с ним разворачиваясь, но не подходя ближе. – Простите, уже иду.

– Сегодня задержишься. Поможешь с инвентаризацией на кухне, – оскаливаясь в неприятной улыбке, предупредил он.

Захотелось выругаться, а еще лучше дать по наглой роже. Знает же, что этим занимаются другие работники, но решил все же таким образом наказать.

– Насколько помню, у Ники фиксированный рабочий день, – холодно вступился Лев, придвигаясь вплотную и при обнимая за талию, – Будет ли доплачиваться эта переработка?

– Она опоздала, – не хуже гадюки прошипел Эдуард, с ненавистью смотря на обнимающую меня ладонь.