Риск на счастье

Ника же стояла прямо за мной, так что выражение ее лица разглядеть не удалось.

– Так вы связывались с ним? – перешла по быстрее к делу.

– Да, где-то с месяц, или два, или три, – потер он лоснящийся лоб. – Короче, не помню, звонил, попросил подержать у себя чемодан. Ну я и согласился. Не сложно куму то помочь.

– Он еще у вас? – зацепилась за сказанное.

– Кто, Макс то? Я ж говорю, нет его у меня, – не понял он.

Дайте мне сил.

– Чемодан этот еще у вас? – теряя терпение, пояснила ему.

– Да, но я вам его не отдам.

– Почему? – удивилась я.

– Макс сказал, сам заберет, вот ему и отдам.

– А когда не уточнял?

– Неа, – зевнул он, показывая ряд желтых кривых зубов, некоторые отсутствовали, отчего стало еще противнее.

– Так может, мы заберем и передадим? – вступила Ника.

– Так вы ж не знаете, где он, – парировал он. Вот вроде пьяный, не должен что-либо соображать, а спор ведет.

– А мы как найдем, сразу отдадим, – выкрутилась сестренка.

– Хм, не знаю даже, – протянул он, а глаза уже алчно заблестели.

– Сколько?

– Нисколько, – таким голосом можно ад заморозить. Лев, выступив вперед и подойдя вплотную к мужчине, глядя тому прямо в глаза, тихим вкрадчивым голосом произнес:

– Ты сейчас пойдешь и принесешь то, что нужно в течении минуты, иначе пеняй на себя. Поверь, от более грубого разговора меня останавливало лишь присутствие девушек, но они могут нас и на улице подождать, – я кивнула, как болванчик, хоть этого и не требовалось.

– Ладно, ладно, – попятился мужчина и, скрывшись в зале. Он управился в отведенное время, и перед нами уже стоял черный обычный чемодан на колесиках.

– Спасибо, – кивнул Лев, забирая чемодан и не прощаясь, первым вышел из квартиры. За ним последовала я, Владимир, а вот Ника задержалась на пороге, остановленная брошенными вслед словами.

– Так на Макса похожа. Тоже дочь что ль?

– Дочь, прости Господи, – ответила она.

– А че он ничего о тебе не говорил? Милку то я знаю, даже детские фоткивидел, а о тебе ни слова, – продолжил он, а я же хотела поторопить Нику.

– Не знаю, – пожала она плечами.

– А он вообще о тебе знает? Может, надо обрадовать? Он же по молодости тот еще гуляка бы, – заржал непонятно над чем мужчина.