Не сдавайся. Твой день придет

Это грубое нарушение, за которое она не собирается нести ответственность, и это вынуждало ее сократить несколько должностей. Естественно, я первая попала под это сокращение. Потом я устроилась уборщицей на почту – и тоже с помощью Алевтины Ивановны. А вечером бежала на наш рынок в пивную забегаловку и до позднего вечера горбатилась еще и там. Но в пивной продержалась недолго, потому как пьяные мужики все время приставали, и хозяйка пивной уволила меня со словами:

– Аська, ты меня прости, но я тебя увольняю, от греха подальше уходи с моей пивнушки, – захлопнула перед моим носом дверь и замкнулась.

Шло время, а подруг и друзей у меня так и не появилось, наверно, ко всему прочему все боялись заразиться моей вопиющей нищетой. И свое восемнадцатилетние я отмечала одна, не считая кошки, жалобно смотрящей на меня, которую увидела вчера возле мусорных баков и притащила домой.

Проснувшись утром совершеннолетней, я почувствовала в себе окрыляющий дух. Теперь я могу найти работу в городе, я уже взрослая и наконец уеду из этой дыры.

– Ну что, Мурка, как думаешь, у меня получится свалить из нашей дыры? – спрашивала я у кошки, которая сидела на табурете и от голода жадно смотрела на меня.

В этот самый момент я услышала, как кто-то отмыкает входную дверь.

В голове пронеслась мысль: вор, но воровать у меня нечего, потом мелькнула мысль: вернулся отец. Наверняка Алевтину Ивановну обманули, что отец в тюрьме.

По коридору послышались шаги, и в кухню вошел незнакомый мужчина. Невысокого роста, небрит, в темной шапке, натянутой почти на глаза. Хотя на дворе лето. В темных джинсах и черной футболке.

Мурка ощетинилась, зашипела, быстро запрыгнула на подоконник и через секунду скрылась в окне.

«Предательница», – подумала я. Держа в руке сковородку с готовым омлетом.

Мужик приблизился, взял из моей руки вилку, намотал на нее омлет и почти разом засунул себе в рот.

– Я спать лягу, меня не буди, когда проснусь, потом разберемся, что делать тебе дальше, – и сунул клочок бумаги мне в руки. Затем вышел из кухни, и я услышала, что хлопнула дверь в родительскую спальню.

Трясущимися руками я развернула сунутый клочок бумаги, на ней отцовской рукой было написано:

«Доченька, так случилось, что нашу с тобой квартиру я проиграл в карты.