Раненые

Быстрый набор и гудок… второй…

– Да Лиза, ты время видела? Не вздумай отпрашиваться, я перед матерью не буду тебя отмазывать! – голос злой, чеканит каждое слово.

– Спаси меня! – шепчу в надежде, что он услышит.

– Где ты? Их много?

– Трое. Я в парке в к.… – договориться я не успела, резкий рывок за джинсовую куртку и телефон остался валяться в кустах, больно расцарапав лицо об ветки я застонала и приложила ладони к лицу. Кровь, мое платье небесно-голубого цвета было покрыто мелкими брызгами крови, но это осознание отступило на второй план.

Мои глаза уставились на тело подруги, которая притихшая лежала под кустом, ее висок был к крови, и отморозок что нанёс ей удар, возился с ее джинсами навалившись на нее.

– Тащи эту суку сюда, прокатим барышню на чёртовом колесе, покажем наши "достопримечательности". Я завизжала, господи, что происходит!

– Дашка, Дашка…нет не надо, я вас умоляю, отпустите меня, пожалуйста…нет!.. – рыдая, не видя перед собой ничего из-за пелены слез, я пыталась тормозить ногами и цеплялась за все, что могли нащупать мои пальцы.

– Я сейчас тебя научу, как правильно мужика умолять надо, ротик то рабочий какой – грустный смех и вонь из его рта.

Тошнота подкатила к горлу…боже, только не потерять сознание, надо бороться. Толчок и я завалилась на сиденье кабинки.

– Штырь, а ну ка организуй нам романтику, рубильник включи, хочу даму удивить, – скалит зубы.

– Че это я? Вали сам, а я буду удивлять. Круг я, круг ты…весёлая карусель! – они оба заржали, а мне захотелось сдохнуть, прям тут.

– Вали я сказал, а то зубов не досчитаешься…я первый! – сказал так, что слюна вылетела.

Я выла, просила не делать ничего, отпустить, денег даже…но конструкция тронулись с места, кабинка пошла на верх.

Я боюсь высоты, это страх всей жизни. Паника захлестнула так, что я впала в ступор. Перестала биться и сопротивляться, конец. Воздух попадал в лёгкие через раз, в голове туман. Эта мразь, навалился на меня всем телом и больно сжимал грудь, выкручивая сосок до боли, второй рукой он шарил по моим бёдрам.

Кабинка болтались уже на самом верху, и я пыталась найти силы в себе, чтобы подтянуться и вывалится из нее, пусть разобьюсь, это лучше, чем жить после такого. Он впился в мой рот и пытался протолкнуть вонючий язык. Сцепила зубы, не давая этого сделать, вплоть до того, как он ударил меня, больно, наотмашь в лицо, звонкой пощечиной.