Эльф на полке

И всё это в моей самой обычной квартире, посреди города-миллионника, в цивилизованной, местами почти европейской стране.

– Если не считать того, что сами волосы стали жесткими и неухоженными, всё с моей прической нормально, – мрачно известил меня эльф и вернулся на диван. Понаблюдал за мной, жмущейся у голого окна, и вопросил: – Долго из себя дурочку строить будешь?

Я промолчала. И нет, не потому что я тихая и скромная девушка, а потому что в обморок не хотелось. Убегать из своей собственной квартиры с криками ужаса тоже.

– А… Альвисс? – с трудом вспомнив свои вчерашние галлюцинации, спросила я. – Селендин?

– Он самый. Так что? Сегодня надо тебя лечить? Или так и будешь словно кошка драная ходить?

– Лечить, – подумав, отозвалась я. И бочком, как краб, готовясь в любой момент дать стрекача, я начала пододвигаться к дивану.

– Да не бойся ты, убогая, – снисходительно произнесла кукла. – Сядь, я тебе порезы и ссадины уберу.

Глубоко вдохнув, я затаила дыхание, села рядом и зажмурилась. Ой, божечки, как же жутко-то!

– Лиханодо сель диран шизза! – повторил вчерашние слова игрушечный эльф и дотронулся до моего лица.

Я вздрогнула, но не пошевелилась.

– Ну? И долго будешь изображать трепетную жертву на алтаре? – спросил он через минуту.

Я приоткрыла один глаз, потом второй. После чего встала и прошла к зеркалу, чтобы взглянуть, что теперь с моим лицом.

– Не глюк! – констатировала я, проверив кожу и убедившись, что даже розовых следов не осталось, не то что шрамов.

Кукла презрительно хмыкнула и отвернулась.

– Спасибо, – поблагодарила я, вернувшись на диван. Убрала звук у телевизора и развернулась к ней. – А ты… кто?

– Эльф. Разве это неочевидно? – Ответ прозвучал так, словно он говорил с маленьким ребенком или умственно отсталым взрослым.

– Да это как посмотреть… – пробормотала я. – Мне вот раньше не доводилось беседовать не то что с эльфами, но даже с куклами…

– Сама ты… кукла! – разозлился мой визави, слез с дивана, дошагал до противоположной стены, резко высоко прыгнул и уселся на прежнем месте, свесив вниз ножки.

– Альвисс, прости. Но пойми меня… – попыталась я извиниться и продолжить разговор.

Но, увы, признаков жизни он больше не подавал.