Дом на перекрестке (сборник)

– Я уже нашел, мне осталось только завоевать ее. – Его ладони соскользнули с моих плеч на талию.

– Изыди, черт озабоченный! – прошипела я и изо всех сил уперлась ладонями в его грудь, и он наконец отпустил меня.

– Вика, ну не сердись. – Этот… эх, не хватает мне слов – ругательных, но приличных, – рассмеялся, пробежавшись взглядом по моей встрепанной и сердитой персоне. – Ну ты же взрослая девочка и сама все понимаешь. Да на моем месте никто бы не устоял – ты спала рядом, такая сладкая…

– Вот поэтому ты больше со мной в постели и не окажешься.

– Ха! – донесся мне в след смешок.

Невыносимый, непробиваемый тип, ух! От эмоциональной встряски меня слегка потряхивало, и прохладный душ оказался весьма кстати. Кошмар какой-то. Еще несколько минут такого «сна», и я бы сама не поняла, как мы сделались бы любовниками. От этих мыслей в ногах появилась слабость, а тело невольно вспомнило его руки и губы.

Вот если бы мы не жили в одном доме и не являлись своего рода коллегами… Так, спокойно, Вика! Голове прохладный душ тоже не помешает.

За завтраком мама мило чирикала и развлекала «дорогого» гостя беседой и притворно сетовала на то, что раскладушка сломалась, и – ах-ах! – ей так неловко перед Эйлардом. Папа молча улыбался в чашку чая и только иногда сочувственно на меня поглядывал. Уж он-то все мамины приколы знал хорошо.

День пролетел в хлопотах. Я спешно рассортировывала вещи, стараясь сделать все как можно быстрее. Папа привлек могучего гостя к перетаскиванию мебели, но что-то мне подсказывало, что без магии тут не обошлось. Очень уж легко этот гость передвигал огромный шкаф в одиночку, а затем так же непринужденно перетащил диван.

Мама заловила меня один раз в кухне, пока я пила воду.

– Вика, какой чудесный мальчик. – Она сложила руки на груди. – Если ты его упустишь, я тебе не прощу!

Я хмыкнула.

– Что ты хмыкаешь? – Мама сделала вид, что возмущается. – Где ты еще такого найдешь? А как он на тебя смотрит… Нам с папой как-то даже неловко становится. – Она издала смешок.

– То, что ты сейчас вытворяешь, раньше наказывалось судимостью и называлось сводничеством! – Я показала ей язык.