Идентификатор

Как же теперь быть?

Можно было бы обратиться к Марине, вернее, к ее родителям-геологам, но они, как всегда, пропадали в очередной экспедиции, и домой, по всей видимости, в обозримом будущем возвращаться не собирались.

Когда-то я был завсегдатаем в их доме, набитом коллекциями друз и кернов, но после появления Виталика мне там делать было нечего.

Высокий, кудрявый, с небольшой щербинкой межу зубами, обаятельный Виталик, невзирая на родительские запреты, имел самые серьезные намерения.

Надменно-уксусная местная красавица Марина в его присутствии милостиво улыбалась и на всех вечерах танцевала только с ним.

– Славик, ты идешь к «большой Венере»? – в дверях, будто иллюстрируя рождение этой самой Венеры из пены, возникла Марина, но, в отличие от богини плотской любви, одетая. Словно мысли мои подслушала.

Я даже обрадовался ей, позабыв на миг обиду, вспыхнувшую после того, как она предпочла мне остроумного Виталика.

У нас целых две Венеры. Девушки почти одного роста, одна чуть старше и казавшаяся намного взрослее.

Собирались мы у кого-нибудь из наших регулярно, но вымученные шутки и пионерские игры не могли заглушить ужасную скуку, почти такую же, как на работе.

С Ритой в этой компании я не появлялся, про нее там никто не знал. Нам и так было хорошо.

Тут за спиной Марины появился еще один мой приятель, серый и рыхлый, как весенний снег. Его борода, которой позавидовал бы Александр III, печально свисала, ясно говоря окружающим, что хозяин не в себе и ему нужно срочно поправить здоровье.

– Славик. Я. Болею. – с расстановкой произнес он кодовую фразу.

Это означало, что я тотчас должен налить ему спирта, которым, как «непьющий», распоряжался в нашей лаборатории. Заодно и себе немного.

Я вздохнул, сознавая, что отболтаться не удастся. Где этот чертов Женька? Да и Шуры что-то не видно. Сговорились они сегодня все, что ли?

Ладно, плесну, не так тоскливо будет идти к «большой Венере».

Глава 2. Танцы-шманцы-обжиманцы

У «большой Венеры» было на удивленье оживленно. Народ успел разбрестись по трехкомнатной квартире, сама же хозяйка доставала из печки, вернее, духовки, песочный пирог – ее коронный, а мой – самый любимый.

Полюбовавшись, как она намазывает крем, украшает именинный пирог ягодками из малинового варенья, и предприняв безуспешную попытку отщипнуть кусочек, я отправился к остальным.