Разоблаченный рыцарь

Парень чувствовал ее близость и взаимное влечение. Буквально осязал это. То, кем он заставил стать Агнес.

– А ты? – бездумно сорвалось с его губ.

Если уж бросаться в омут, то только с головой. Он больше не остановится. Не теперь.

Ничего в ответ. Ни единого слова.

Девушка недоверчиво покачала головой и направилась к двери. Даже, черт бы ее побрал, не посмотрела в его сторону.

– Струсила, да? – с издевкой спросил Марк. – Впрочем, весьма ожидаемо. Мышки всегда сбегают. Смотри не расшибись по дороге, – бросил ей в спину свою любимую фразу парень.

Марк поймал руку Агнес за секунду до того, как она замахнулась, чтобы его ударить. Второй раз за вечер. Гребаный рекорд.

– Да ладно, детка, чего ты так злишься? Быть распущенной – не преступление.

– Отвали! – Девушка стала яростно вырываться.

В глазах пекло и хотелось просто уйти. Подальше от него. Подальше от этих омерзительных, пачкающих слов. Казалось, с каждой его фразой она очернялась, становилась грязной, как Стаймест и представлял.

Заведя ее руки за спину, Марк толкнул девушку к двери и прошептал на ухо:

– Что я такого сказал? – Он чувствовал, как поднимается и опускается ее грудь. – Ты что, не развлекаешься с Алексом? Или тебя злит, что я об этом говорю? Не надо смущаться своего образа жизни, Уокер.

Агнес напряглась и попыталась вырвать руки, но парень не позволил. Лишь сильнее скрутил их и вжался всем своим телом в ее.

– Ну давай же! – подначивал Марк, наблюдая, как по ее щекам стекают слезы, которые он так жаждал увидеть. – Давай. Признай это! Ты тоже трешься об него? Также стонешь ему в рот?

Глаза Агнес вспыхнули яростью, когда она закричала:

– Ни с кем, кроме тебя, сволочь!

И он остановился. Весь мир остановился.

Марк тяжело выдохнул. Сердце бешено стучало в груди.

А внутри все рассыпалось. Все тупые фантазии с Алексом, все вопросы, все ответы. С ее взглядом. С этими «я-разделяю-твою-боль» глазами.

Ему было плохо. Марк понимал, что эта девчонка пробралась ему под кожу.

Понимал, что не просто влюбился.

А полюбил.

И сходил с ума от чувства вины и бессилия.

Он не был способен поменяться. Даже ради нее.

– Я говорил, что со мной будет больно, Агнес, – прошептал парень, выпустив ее руки.

И едва не задохнулся от облегчения и удовольствия, когда вместо того, чтобы оттолкнуть и убежать, девушка прижалась к нему ближе. Ощущая жар его кожи.