Разоблаченный рыцарь

Он незаметно для всех прижал ладонь к груди – к недавно установленному кардиостимулятору. Было все еще непривычно и немного больно. Иногда кружилась голова, но его состояние стало гораздо лучше после операции. У Дамиана была брадиаритмия – синдром слабости синусового узла. Он предпочитал не распространяться об этом, но Рэт и Марк – его друзья детства – знали и заботились о нем. В день операции они были в больнице, стараясь, чтобы их друг получил лучшее лечение.

Марк бросил на Дамиана обеспокоенный взгляд.

– Что будем делать? – вмешался Кристиан.

– Я найду выход. Гребаные северные, – выругался Марк. – Не беспокойтесь, я очень скоро выясню, кто именно посмел сунуться на нашу территорию. И будь я проклят, если спущу подобное ему с рук.

* * *

Агнес сидела во дворе академии, скучающе оглядываясь. Марк уже опоздал на целый урок, и она сомневалась в том, что он вообще придет сегодня на занятия. Что он там ей говорил? Прилежный ученик, а как же.

«Какое мне дело…» – одернула себя Агнес.

Проблемой было то, что она забыла свой мобильный в его машине. И очень надеялась, что сегодня в академии сможет благополучно его забрать.

– Привет. – Алекс мрачно уселся на скамейку. Его популярность среди девушек после феерического выступления голышом в коридоре только возросла, и вместо ожидаемого потока издевательств парень был поощрен вниманием.

– Привет. Где ты пропадал?

– Меня заставили делать дополнительный проект по французскому, поэтому сняли с первого урока. – Парень раздраженно пожал плечами, измученно потирая переносицу.

– Я не знала, что у тебя тяга к языкам, – удивилась Агнес.

– Господи, нет у меня никакой тяги, это просто социальная дискриминация!

– Остынь, Лекси, – захихикала девушка.

– Le temps perdu ne se rattrape jamais, – прошипел он и, уловив ее непонимающий взгляд, добавил: – «Потерянное время не возвращается».

Агнес рассмеялась.

– А теперь серьезно, Лекс. Я вижу, что ты никакой. Мы вроде как снова друзья. Поделись.

– Сара меня продолжает игнорировать, – с тоской в голосе признался он.

– И ты так легко сдашься?

– Не знаю, что еще можно сделать. У меня на душе так гадко сейчас. Стоит мне вспомнить разочарование и боль в ее глазах, сердце кровью обливается.

– Mieux vaut tard que jamais. – Агнес подмигнула.