Как тесен наш большой мир!

Должна признаться, что я его не открывала. Мне почему-то было страшно это делать, после того, как я увидела убитой его хозяйку.

– То есть вы хотите сказать, что замок не открывали и внутрь сумочки не заглядывали. Так?

– Так и есть, – решительно подтвердила мысль полицейского девушка.

Лейтенант взял небольшой целлофановый пакет и надел его на руку. Затем открыл клатч и высыпал содержимое на стол. Лада неожиданно подалась вперёд и наклонилась над рассыпавшимися в беспорядке вещами актрисы.

– Так, давайте-ка всё запротоколируем, – спокойно сказал полицейский и, взяв ручку, начал писать, называя вслух предметы.

Лада отметила про себя, что губная помада и пудреница принадлежали известной фирме с громким именем, а значит, были дорогие. Маникюрная пилочка, скорей всего, подарок салона по дизайну ногтей. На связке с ключами находился обычный набор: от квартиры, подъезда и почтового ящика. А самым интересным являлось служебное удостоверение актрисы. Оно было без корочек, обычное пластиковое, но с фотографией, датами и подписью директора театра.

Лейтенант поднял от протокола голову и внимательно посмотрел на гражданку Ремезову.

– Вы точно ничего не брали отсюда?

Лада чуть не задохнулась от негодования.

– Да как вы смеете так говорить! Я же сказала, что боялась открывать эту сумку, потому что мне было страшно вспоминать убитую актрису.

– Понимаете, я не вижу здесь главного предмета, – продолжая в упор смотреть на Ладу, сказал полицейский.

Этот дотошный и спокойный, как удав, лейтенант, начал раздражать девушку, но для него это была всего лишь работа.

– Я хочу уточнить в ваших же интересах. Может, вы случайно достали его и забыли об этом упомянуть? – вкрадчиво спросил Ладу невозмутимый страж порядка.

– Я не понимаю, на что вы намекаете, – хмурясь и мотая головой, произнесла, находящаяся на грани обморока, девушка. – Если бы я знала, что вы будете обвинять меня в воровстве, я бы лучше выкинула этот клатч к чёртовой матери.

Лада повторила любимое выражение своего начальника и будто протрезвела. Она уже более осмысленно посмотрела на лейтенанта и с усмешкой сказала:

– Если вы намекаете на телефон, то, как бы я столько дней выдержала, слушая бесконечные звонки чужой трубки. Нет, ещё раз повторяю и даже настаиваю на том, что я не открывала сумочку и то, что находится внутри, увидела только сейчас.