Дырявая ловушка

Сесть было не на что, во всём доме совершенно отсутствовала мебель, и она, опустившись на сверкающий паркетный пол, привалилась к стене.

Тишина и прохлада в доме, а также успешное завершение работы сделали своё дело, и девушка неожиданно задремала.

Сквозь сон она услышала голоса, которые вплелись в её быстротечный сон, и художница не сразу поняла, что находится здесь не одна.

Вера не успела подняться, как в помещение стремительно зашёл мужчина на вид от пятидесяти до шестидесяти лет и с удивлением уставился на гостью.

В это время в комнате появился второй человек, который был значительно моложе первого, и тоже уставился на сидящую на полу растерянную художницу.

– Здрасьте, – первое, что пришло на ум, произнесла Вера и быстро вскочила на ноги.

– Ты кто? – внимательно разглядывая незнакомку, произнёс первый.

– Оганес, она раскрашивала здесь стены, я же тебе говорил, – недовольно произнёс второй и непроизвольно сделал странное движение губами, сначала вытянув их в трубочку, а затем растянув в тонкую линию.

Девушка в подтверждение его слов несколько раз кивнула головой и поинтересовалась, когда она может получить оставшийся гонорар.

Тот, кого назвали Оганесом, не спешил отпускать художницу, а неуловимо продолжал её рассматривать. Потом вскользь поинтересовался, не местная ли она. Вера кратко ответила: «Почти», – и быстро добавила, что приезжает сюда только на лето.

– Сегодня денег я тебе не дам, – по-хозяйски сказал Оганес.

Он перевёл взгляд на своего молодого помощника и добавил:

– Скажи охраннику, чтобы пропустил художницу завтра.

– Жду тебя в двенадцать, – бросил он на ходу девушке и скрылся за дверями гостиной.

«Вот это облом, – размышляла про себя Вера, прощаясь с охранником и выходя за ворота. – А с утра было столько планов. Завтра можно было бы приступить к замене окон в бабушкином доме.

Из-за ветхости дома, Вера даже не брала на постой отдыхающих, чтобы они не разнесли окончательно то, что ещё крепко держалось.

«Надо было попросить оставшуюся часть гонорара ещё вчера, – продолжала корить себя художница, усердно крутя педали. – Этот криворотый Зафар теперь вряд ли отдаст всю обещанную сумму.