Твой мир

Он посмотрел на нее, и говорит громко басом: – что дрань такая, опять мука кончилась!

Еще один анекдот.

Пьяная доярка вваливается в коровник. Корова ей: – ну что опять напилась? Доярка: – ну, да так получилось. Корова: – ну ладно держись за сиси, а я попрыгаю.

Еще анекдот.

Поменялись заяц со слоном яйцами. Через год встречаются. Слон спрашивает у зайца, ну как мои яйца? Заяц отвечает нормально, одна беда, когда от волка убегаю, то на поворотах заносит. Тут заяц спрашивает, а как мои яйца? Слон отвечает да все нормально, только вот одна беда, как зачешутся, так мы их всей семьей ищем.

Яцик еще долго рассказывал анекдоты, и загадывал хитрые загадки, и артисты, слушавшие его, в коем-то веке в первые, оказались на месте зрителей. А еще Яцик сделал несколько десятков фотоснимков, в своем цифровом фотоаппарате.

А завтра утром в воскресение, предстояло отправиться в путь к отцу Бхатию.

Отец Бхатий

Наступило утро воскресенье Тибидан и Яцик тронулись в путь. Там в мире третьего тысячелетия, в Бандеки, у Яцика была своя конюшня, и любимая лучшая лошадь, которая много раз брала призы на скачках.

Но столько проскакать в седле Яцику пришлось впервые. Когда они добрались, до места, где обитали монахи отшельники. У Яцика болели руки, ноги, и спина, Яцик сам себе пообещал, что обратно в графство Десаи он полетит на вертолете. Надо было только отделаться от Тибидана.

Место было вокруг холмистое, с деревьями, там, где деревьев было меньше, были камни, где то здесь в этой местности начинались горы.

К Тибидану подошли два монаха, они поздоровались с ним, видимо знали его и только после поздоровались с Яциком. Они сказали, что отец Бхатий сей час молится на горе, его тревожить нельзя, и спустится только к вечеру. Ждите, сказали монахи и ушли.

Пришлось ждать. Они расположились у отвесной стены, рядом с валунами, там, где раньше бывал Тибидан со своим отцом, разожгли костер. На этом месте, только в третьем тысячелетии вспомнил Яцик, находиться площадка для подготовки желающих научиться скалолазанию.

Яцик входил в одну из групп, не раз обдирал коленки здесь, потом он бросил это занятие. Прошло, какое-то время, стало вечереть.

Вдруг послышался шорох, из-за огромного валуна посыпались камни. К ним вышел старичок, он был весь седой нос картошкой, весь из себя опрятный и ухоженный. Старичок держался бодро, несмотря на свои года передвигался очень даже уверенно. Он ловко запрыгнул на камень и устроился на нем как на троне.