Снежная фея

Теперь, если он вообще очнётся, ей понадобится много сил и терпения, чтобы всё исправить и вернуть то, что ненароком забрала.

***

Это было ужасное утро, а вернее, просто отвратительное. Миран не успел толком проснуться, а уже болело буквально всё. "Это ж как надо было напиться, чтобы так себя чувствовать, ещё и видения эти… таких жутких кошмаров никому не пожелаешь. Это все виски Уорена, я уверен в этом. Что он туда добавил, галлюциногенных грибов?" – подумал, очнувшийся на следующий день Миран, и попытался открыть глаза, на которые будто по пудовому мешку положили.

Когда ему всё же удалось посмотреть, куда его занесло, то он сразу же пожалел, что это сделал.

Комната была, как в тумане: крутилась, вертелась и отплясывала в такт шуму в ушах. Разобрать что-либо в этом калейдоскопе было очень трудно. Но, по крайней мере, он понял, что находится сейчас не у себя во дворце, а, значит, можно спокойно ещё поваляться, не боясь, что отец опять устроит разнос на тему его неподобающего поведения.

Хотя в том, что надо меньше пить, он, пожалуй, прав.

Тихо скрипнула дверь, кто-то вошёл в комнату, но Мирану совсем не хотелось смотреть, кого это принесло. Поэтому он попытался сказать, чтобы этот несчастный убирался куда подальше, пока принц не придёт в себя, но горло так першило и болело, что жалкий сип был единственным, что Миран смог из себя выдавить. А этот кто-то неожиданно поставил перед ним что-то противно пахнущее и погладил по голове. Только вот рука этого человека оказалась почему-то, как у великана.

Миран дёрнулся от его руки и попытался вновь открыть глаза, чтобы посмотреть на этого верзилу и высказать ему всё, что он думает о его "нежностях".

На этот раз ему повезло: зрение почти восстановилось. Он увидел над собой ту самую фею, только девушка была почему-то ооочень… крупной. Миран встревоженно огляделся ещё раз, что-то явно ускользало от его понимания. Все вещи в комнате были тоже намного крупнее его. И тут девушка печально прошептала:

– Простите меня, я… я хотела помочь.

Я не могла вас бросить умирать там… в пожаре…

Миран вспомнил тот жуткий кошмар: "Так это был не сон? Но почему тогда она просит прощения?" Миран опустил взгляд на свои руки и понимание ударило его будто обухом по голове, причём со всего размаха: "Теперь у меня не руки, а… лапы?! ЛАПЫ, ЧТОБ ИХ! Это ведьма заколдовала меня! И теперь я… О, Боже Милостивый, кто я теперь?" – Миран в ужасе стал разглядывать себя со всех сторон.