Басурманин. Крылья каарганов

– Гляди! Ты всё увидишь, великий сарыбек! – восхищённо ответил манзы.

Вскоре горошина превратилась в большой красивый цветок, распустив тонкие лепестки, подобные кровавым ручейкам.

– Тай Чу говорил, это диковинная трава. Вели подать малые чаши, почтенный сарыбек.

Джамбулат вновь махнул рукой и служка тут же поднёс две маленькие чаши и поставил рядом с большой.

Манзы вытащил из мешочка два маленьких корешка, бросил на дно маленьких и, ухватив длинными рукавами большую, разлил пахнущую цветами жижу.

– Тай Чу желает, чтобы почтенный сарыбек испил диковинный цветок.

Джамбулат посмотрел на Тай Чу, на распустившуюся в чаше диковину и сделал маленький глоток. Не на что непохожая доселе жижа разлилась обжигающим потоком по телу. Приятная сладость растворилась во рту, а удивительный запах окутал всё вокруг.

– Что ты привёз мне, Тай Чу? Прежде я не пил ничего лучше.

– О! Великий Джамбулат доволен! И Тай Чу доволен! Этот цветок дозволено пить только властителям.

– И ты привёз его мне? – Джамбулат осушил чашу и поставил чашу на поднос.

Он внимательно разглядывал манзы, словно искал что-то потаённое, спрятанное от взора. Под его тяжёлым взглядом Тай Чу сжался, опустив взгляд.

– Что ещё ты привёз мне, – заговорил наконец Джамбулат. – Я знаю тебя очень много лет, Тай Чу. Говори!

Манзы забубнил по своему, заёрзал на подушке, оглядываясь на вход, словно обдумывал, удастся ли ему сбежать, а потом ещё ниже опустил голову и произнёс:

– Тай Чу много где бывал.

– И что же это?

– Тай Чу узнал о клятве верности тех, кому великий сарыбек доверил опасное дело.

– Говори! – тихо рыкнул Джамбулат.

– Тай Чу узнал, что персидские воины Яшан и Турсун поклялись в верности властителю рода сельджуков. Это случилось, когда на троне Хорезма сидел отец великого сарыбека. Шаху сельджуков не нравилось то, что все торговые караваны идут через Хорезм.

Джамбулат хлопнул в ладоши и в шатёр, кланяясь, вошёл старый слуга.

– Пошли весть Таймасу. Пусть явится.

Когда слуга ушёл, Джамбулат соскочил с подушек и принялся расхаживать по шатру:

– Что ещё слышал?

Манзы, следивший за каждым жестом Джамбулата поднялся:

– Тай Чу был в персидских землях.