Басурманин. Крылья каарганов

Глава 2

Светило вынырнуло из-за крыши терема и лениво заглянуло на ратный двор, где шестеро мальчишек лет по пять, вооружившись малыми щитами, деревянными мечами и водрузив на головы мохнатые шапки, словно на дворе лютень[10 - Лютень – время с середины января по середину февраля.], внимательно слушали пожилого дружинника. Выслушав очередное наставление, они встали друг против друга. И началась битва. Стук деревянных мечей разносился по двору, вперемешку с визгами малышей и грозными окриками наставника.

В ожидании князя и сотника Дамир стоял на заднем крыльце гридницы[11 - Гри?дница – большое помещение в княжеском дворце для дружинников.], выходившим на широкий двор. Постукивая ладонью по рукояти сабли, он глядел на мальчишек. Взгляд всякий раз цеплялся то за одного, то за другого мальца. Один казался слишком медлительным и оттого получал удары чаще остальных. Другой чересчур вертлявым, настолько, что путался в ногах. Третий, хоть и был ростом выше остальных, казался ещё совсем маленьким и не понимал чего от него хотят.

С шумным гомоном и смехом на двор из избы выскочила дюжина отроков. Одетые, как и положено ратникам, в кольчуги поверх плотных рубах, шеломы с бармицами, со щитами и настоящими, а не деревянными мечами, они выглядели очень неуклюже. На миг Дамир подумал, что они и мечом-то взмахнуть ни разу не смогут. Но когда на дворе появился Борич, отроки притихли и подбежали к нему за наставлением. И вот уже взметнулись ввысь мечи и оглушительный звон, крики и брань огласили двор.

– Ах ты, басурман! Я тебя!

– Поди сюда, супостат! – кричали те, кому выпало изображать русичей.

– Вот вспорю брюхо, поглядим кто супостат!

– Сам ты басурман! – вопили те, что изображали ворогов.

– В ратном поединке речи вести, что самоё себе голову снести! – наставлял Борич.

В груди у Дамира больно кольнуло. Он глядел на отроков и внутри него всё переворачивалось, бурлило, подступало мутью к горлу и ухало к ногам.

– И думать не моги об том! – услышав гневный шёпот Влады над ухом, Дамир от неожиданности вздрогнул и резко обернулся.

Она недоговорила. Смерила хана тяжёлым взглядом и посмотрела на будущих ратников.

– Тронешь кого – от моего меча падёшь! – глядя на появившегося из ратной избы Силыча, прошипела она.

– Княже! Тебе ведомо всё обо мне. О былом и не помышляю, – Дамир подошёл к Владе и встал за её плечом. – Я в толк не возьму…

– Чего? – вмешался в разговор Силыч, подходя ближе.