Древние: Интерлюдия

Процесс телепортации подразумевает, что лучше держаться за человека, с которым ты перемещаешься, чтобы вы попали в одно и тоже место… Выйдя из комнаты с хламом, мы оказались в холле бизнес-центра современной башни из стекла и бетона. Глеб поздоровался с охранником, и я тоже. Для него мы были сотрудниками башни «Эволюция».

– Хотим посмотреть вид с крыши, – сообщил Глеб, и мы прошли к скоростным лифтам.

Всю дорогу он молчал и просто смотрел на меня. Мне было непривычно, но я старалась держаться ровно. Эта пауза в пятьдесят четыре этажа – с его взглядом в упор – показалась мне вечностью.

И вот мы на крыше. Вид был шикарен, не зря ведь говорят: Москва – город контрастов. Здесь есть всё: от зданий эпохи классицизма и стиля модерн до промышленных зданий, строгих строений конструктивизма, готических сталинских высоток и всевозможных современных зданий из бетона и стекла…

Куда ни глянь, Москва утопала в летней зелени.

– Какая красота! Благодарю за то, что привёл меня сюда, иногда полезно вспомнить, в каком многогранном мире мы живём сейчас, – я растворялась в атмосфере города.

Солнце близилось к закату. Было очень тепло.

– Как твои дела в последнее время? – спросил Глеб и загадочно посмотрел на меня.

– Хорошо, более-менее ровно.

– А поподробнее? – он явно пытался развить разговор.

– Я изучаю себя, много всего на самом деле, но это внутри меня, а ты?

– Я хорошо, – снова улыбнулся он.

– А поподробнее? – передразнила его я.

– Ты же знаешь, я состою во внутренней службе безопасности Министерства. Мне нельзя говорить о работе – наверное, я просто весь погружен в неё. Как ты вообще попала в Министерство?

– Я совершила много ошибок. Вот и попала. По идее, ты должен был видеть моё досье.

– Видел, но хочу услышать это от тебя. Я не думаю, что твои ошибки в этом случае были таковыми.

– Я тоже начинаю так думать, но вопрос, каков этот Путь.

– Какая ты, такая и сила.

– В смысле?

– Нужна была сила, чтобы привести тебя сюда, – кажется, он был очень рад, что сказал мне нечто особенное.

– Да уж, ты прав, – я чиркнула кедом по асфальтированной поверхности крыши.

– А какой ты была до всего этого?

– Потерянной, отстранённой.

– Почему?

– Я не чувствовала того, чего мне так хотелось бы.