Суженая для зверя

Сам знаешь, к Кейджам нельзя послать невысокого аристократа на допрос, смертельно обидятся, да еще год потом будут ходить с жалобами в приемную его величества.

– Это точно. Ладно, может, это и к лучшему, мне вчера как раз пришла мысль о том, что кто-то из наших подчиненных то ли из рук вон плохо собирает улики дома у пропавших, то ли специально их уничтожает. А сегодня мы сами все обследуем, никто нам там ничего не затопчет, – доедаю и встаю из-за стола. – Пошли, мой друг, тряхнем стариной.

– Тебе ли говорить о старине, Ричард.

И мы вдвоем выходим из столовой и чуть ли не нос к носу сталкиваемся с Алиной.

– Ой, доброе утро, – смущаясь, здоровается она.

Ох, как не вовремя, не хотел я ее пока светить кому бы то ни было.

– Здравствуйте, милая Алина. Вы проходите, завтракайте. А я вынужден отлучиться по долгу службы. Чувствуйте себя, как дома! Кристоф о вас позаботится, я распорядился.

Очень хочется поговорить с ней еще, но это сильнее привлечёт внимание Гарольда. Поэтому я молча тяну его в сторону выхода.

– Леди, – учтиво кланяется он и только потом идет за мной.

– Что за прекрасный цветок появился у тебя дома, Ричард? Мой волк прямо молодым себя моментально почувствовал, – произносит он весело.

– Даже не думай! – резко прижимаю Гарольда к стене. – ясно? Она не просто какая-то там мисс.

– О, кажется, я все понял, – улыбается старый Грин и мягко отстраняет меня.

Черт, раскрылся.

Глава 12

Вдовствующая графиня Кейдж всегда олицетворяла собой образец истинной женственности. Одетая с иголочки, с тщательно подобранным нарядом и аксессуарами, она не позволила себе выйти к гостям распустехой и сегодня. Хотя, казалось бы, у женщины горе, второй сын пропал.

– Миледи, благодарю, что согласились принять нас, – учтиво поклонился, машинально отметив, что хозяйка дома вышла к нам в уличной обуви.

– Ах, мой дорогой Ричард, разве могло быть иначе! Ведь уже второй мой мальчик похищен! О, горе мне, горе, на кого они оставили хрупкую женщину! – она возвела глаза к потолку и промокнула их платочком.

Что, что, а хрупкой и слабой мадам Кейдж никогда нельзя было назвать. Поговаривали, что именно она всегда управляла немалыми владениями своего мужа. Не напрямую, естественно, для общественности главой оставался он, но лишь формально.