Под защитой зверя

Он все больше роднился с природой, стал ощущать себя скорее чистым зверем, нежели двуликим оборотнем.

И неизвестно, что было бы дальше, но в этом году в лесу появился еще один житель.

Как-то, совершая пробежку как обычно в облике зверя, он наткнулся на него. Незнакомец был невысокого роста, закутанный с головы до ног в черный плащ с капюшоном. Рейхард притаился.

Мужчина, а по запаху Рейхард смог наверняка определить, что перед ним стоял человек, просто как будто осматривал лес, ничего на первый взгляд не делая.

Рейхарду надоело следить за ним, он решил, что чужак не представляет угрозы, и отправился к себе. В этом-то и заключалась его ошибка.

Наутро в лесу уже вовсю пахло черной магией. Лес заволокло дымкой, и путь к дороге было не найти.

А через некоторое время появились и отступники. Сначала был лишь один, он изредка выходил на границу и приносил своему хозяину добычу в виде очередной жертвы, в обмен зверь получал темную энергию для подпитки, которую он так желал.

– Куда он делся?

– Полагаю, он умер. Мне удалось один раз увидеть, как черный маг питает зверя энергией, а ее переизбыток отправляется пойманным жертвам. В итоге, однажды организм зверя не выдержал, перегорел, как мне кажется, зато те, кого он приносил своему хозяину остались живы, более того, их сила возросла в несколько раз, они сильно изменились.

– А ты не пробовал? – спросила, затаив дыхание, по руке пробежали мурашки.

– Пробовал, – кивнул Рейхард, сразу поняв, о чем я говорю, – и едва остался жив. Но мага я тоже сильно поистрепал, так что с тех пор они меня стараются не трогать, но и места своих черных ритуалов лучше прячут.

– Значит, мы имеем дело с неким сумасшедшим магом, который зачем-то посредством темной энергии создает себе новых подконтрольных монстров, жертвуя при этом старыми? И в чем смысл?

Глава 5

– Смысл – жажда власти и месть.

– Когда я не смог одолеть чужака и приполз домой, едва живой, только и мог думать, о том, что обязательно найду способ уничтожить эту наглую тварь. Несколько позже я заперся в собственной библиотеке и три дня сидел там практически безвылазно.