От жениха… с драконом в горы

Ступать я стараюсь бесшумно, не покидает стойкое ощущение, что маркизу и тетушке не понравится моя ночная прогулка.

Но, к счастью, на пути мне никто не попадается, дом словно вымер.

Не знаю, может быть, у них заведен отбой строго по часам, и кто его нарушит, тому штраф? Потому что лично у нас никогда нельзя добиться того, чтобы никто не шатался по коридорам.

То слугам нужно срочно закончить еще утреннюю уборку, то папа любит пройтись по саду под Луной. То мама, пока никто не видит, решает, что после захода солнца можно поесть, как простолюдинка, а не леди, питающаяся исключительно птичьими порциями.

– Ах, красота, – не удержалась от восклицания, взглянув на звездное небо.

Я теперь понимаю, почему папенька так любит лицезреть это дивное зрелище ежедневно перед сном. В такую красоту легко влюбиться.

Но вдруг в кустах совсем рядом от меня хрустнула ветка, а потом еще и еще одна.

Что это? Или, вернее, кто? Наверное, стоило взять с собой хотя бы кочергу, стоящую возле камина.

Подкрадываюсь максимально близко к кустам, а потом выскакиваю с громким криком вперед.

– Ага! Попался! – очень умное решение, да, я знаю. Экспромт никогда мне не удавался. – Ну, и где ты? Выходи.

Добавляю неувереннее. Осматриваюсь вокруг, передо мной открытая поляна, с окна не видно было, что за деревьями и кустами здесь такой простор.

Внезапно что–то толкает меня в бок, что–то большое и теплое.

Медленно оборачиваюсь.

– Дракон? – шепчу вмиг осипшим голосом. – Откуда здесь дракон? Ты дикий, типа питомец Анхельма?

Спрашиваю у огромного ящера, хотя, если он действительно дикий, смысла с ним вести диалог нет, он не поймет моих слов.

Но этот дракон недовольно фыркает и качает головой из стороны в сторону. Как мне кажется, он словно отвечает «нет».

– Тогда ты вор! – осеняет меня новая догадка, которой я спешу поделиться с незнакомцем.

Да, и снова я проявляю чудеса разумности.

Я, наверное, только маркизу показалась скромной, потому что от страха мой язык предпочел молчать и прятаться за зубами.

А эта большая зверюга вообще съест меня сейчас и не подавится, пока я обвиняю его в воровстве. И на утро окажется, что была милая Далия, радовала мир своим присутствием, а потом нет Далии, в животе у гигантского ящера очутилась.