Клятва на пламени

Теперь он смотрел на нее с выражением такого снисходительного превосходства, что у нее холодок по спине бежал.

С самого детства Сильвина побаивалась всех мужчин. Братьев у нее не было, отец скупился на добрые слова, и каждый работник в отцовском окружении казался ей суровым. Просьбу Панима она выслушала с плохо скрываемым волнением. По словам гостя, Велимир обещал снабдить его зерном для посева. И раз уж воевода в отъезде, Паним решил напомнить об обещании старшей дочери хозяина.

– Хорошо, берите, – поспешно ответила Сильвина, когда он закончил речь.

Отчасти она хотела избавиться от гостя, который вел себя несколько самодовольно, отчасти просто не знала, как поступить. В итоге Паним опустошил господский амбар и, довольный глупостью молодой дурочки, отправился восвояси.

– Ничего твой отец этому пустомеле не обещал, – холодно сказала ключница, когда о поступке Сильвины узнали в доме. – Ты сильно сглупила.

Ключница, суровая пожилая женщина, всегда одетая в черное, жила в поместье Велимира много лет.

После визита Панима крестьяне в деревне с недовольством поглядывали на непутевую дочь хозяина, а Сильвина упрямо делала вид, что не замечает этого. Потихоньку она бралась за домашние дела, но ее просьбы исполнялись неохотно. Один раз она даже услышала, как кто-то из работников обронил:

– Кто ж захочет подчиняться проклятой девке.

Это замечание было как предательский толчок в спину, но Сильвина вновь ничего не предприняла.

Шли дни, а от родителей все не было вестей. Весна не успела заявить о себе, как вдруг налетел снежный вихрь – предвестник вернувшихся холодов. Поля вымерзли так, что ранние посевы Панима не взошли, и эта беда малость поумерила его самодовольство. Зима выдалась трудная, а теперь люди готовились к непростой и голодной весне. К Сильвине теперь наперебой обращались с просьбами, и все чаще она видела недовольство в лицах своих визитеров.

С голодом и холодом шутки были плохи. Сильвина совсем отчаялась и написала письмо родителям с просьбой помочь, но ответа не получила. Девушка совсем потеряла покой. Ну какая из нее хозяйка дома! Матушка всегда называла ее косоручкой, которая не умела ни шить, ни печь. Вот у Велены все чудесно получалось, а старшая то и дело попадала в неприятности. Не зря в народе ее кликали «проклятой девкой».