Клятва на пламени

Ей было стыдно признаться в своем бедственном положении, однако лгать и оправдываться не хотелось, поэтому она заявила напрямик:

– У меня нет денег.

– Не проблема, – сказала Олеха. – Попроси часть жалования в долг. Хочешь, я завтра с тобой пойду и поговорю с кастеляном?

Вот тогда Сильвине и рассказали о том, что прислужницы получают по восемь золотых за каждые отработанные пятнадцать дней. Сильвина еще не знала, как дорого обходится жизнь в Анемополисе, однако по любым меркам такая оплата труда была щедрой.

Олеха, как и обещала, потащила Сильвину на поиски кастеляна с самого утра. Долго блуждать по замку не пришлось, однако, едва господин Стеригон завидел девушек в коридоре, он споткнулся на ровном месте и попытался скрыться в одном из помещений для хранения овощей. Вот только Олеха заметила беглеца, помахала ему рукой и радостно заверещала:

– Господин Стеригон! Подождите, у нас к вам есть дело!

– Не подходи ко мне! – возопил кастелян, отмахиваясь от них, как от назойливого черта, явившегося по его душу.

– Ну не кричать же мне вам с другого конца замка, – рассудительно сказала Олеха. – Не убегайте.

– Нет! – пролаял кастелян. – Чего бы там ни взбрело опять в твою дурную рыжую голову, нет!

Эта яростная фраза заставила Сильвину попятиться, а вот смутить Олеху оказалось не так просто. Она решительно преградила кастеляну путь.

– Вы Сильвине дайте задаток. Ей очень нужно.

– Какой еще задаток? – искренне удивился кастелян.

– Вы же не понимаете, – запричитала вдруг Олеха и схватила его за локоть. – У девушки же ничего нет. Ей одежду купить нужно. Ленты для волос. Гребешок.

– Так… – занервничал кастелян, безуспешно пытаясь высвободиться. – Через пять дней вы все получите деньги, а пока потерпите…

– Панталоны! – не своим голосом взвыла Олеха. – Панталоны хотя бы!..

Кастелян пошел пятнами, он явно пребывал в ужасе.

– Ты… – выдавил господин Стеригон, погрозив Олехе трясущимся пальцем. – Посовестись!

Олеха отпустила кастеляна так же внезапно, как схватила. Она выпрямилась, сурово поджала губы, после чего отчеканила:

– Нет ничего бессовестного в нижнем белье. А вот об его отсутствии стоит призадуматься.