Клятва на пламени

Чем закончился разговор братьев, Сильвина так и не узнала. Оставшись в одиночестве, она наглухо закрыла оба крошечные окошка в карете и принялась стаскивать с себя разорванное платье. Над лагерем прокатился протяжный стон горна, а за ним послышалось конское ржание. Похоже, отряд был готов отправляться. Сильвина уже затягивала пояс своего старого серого наряда, когда в черную дощечку, которой было закрыто окно ее кареты, отрывисто постучали. Сильвина отодвинула перегородку и увидела обрамленное русыми волосами лицо молодого слуги, который обычно следовал за Кираном.

– Лорд Астер сказал дать вам это.

Он вручил ей небольшой сверток и наполовину пустую бутылку с вином.

– Спасибо, – сказала Сильвина. – Пожалуйста, верни лорду Астеру его плащ.

Слуга бережно принял сложенное стопкой одеяние, а потом посмотрел на лицо Сильвины и заметно смутился. Порывшись в кожаной сумке, которую он носил на боку, слуга достал баночку размером с грецкий орех и протянул ее Сильвине.

– Возьмите, девушка. Это хорошая мазь.

Сильвина попыталась улыбнуться.

– Спасибо. Извини, я не знаю твоего имени.

– Меня зовут Дан.

– Спасибо, Дан.

Он кивнул и направился к своему коню. Сильвина развернула на коленях переданный ей сверток и увидела пару сухарей, кусок сыра и яблоко. Она не ощущала голода, поэтому отложила еду, но заставила себя сделать пару глотков вина. Оцепенение то отпускало ее, то накатывало вновь. Когда Сильвина вновь пригубила вино, ее словно толкнули в грудь, и она шлепнулась спиной о жесткую подушку.

Чем быстрее становился ход кареты, тем сложнее было сдерживать всхлипывания. Однако, когда рыдания подкатили к горлу, Сильвина тяжело сглотнула и задавила подступающую истерику. Ей пора было отучиться всякий раз заливаться слезами. Слабая женщина – легкая мишень. У нее не было ни брата, ни отца, которые могли бы защитить ее. Она среди чужаков, и если не хочет сгинуть в незнакомом месте, никому не должна показывать свою слабость.

Лицо Кирана Астера, точно высеченное из камня, стояло перед ее глазами. Окутавший его искрящийся золотистый свет, осязаемая мощь, которая волнами расходилась от него – все это теперь казалось нереальным. И вид повешенных разбойников… Сильвина не раз слышала от отчима истории о сражениях, однако ей впервые довелось стать свидетелем убийства. Тех людей она не жалела, но облик разгневанного волшебника потряс ее до глубины души.