Дневник неглавной героини

Он в городе, а ей продолжает рассказывать о командировке и только лишь звонит. Я задумалась. И в офисе он тоже давно не появляется, да еще и мне запрещает туда приходить.

Карина топталась в дверях и просила меня о беседе один на один. Она передала мне кошелек. Я открыла, и внутри купюр было столько же, сколько я клала, когда шла к свекрови в гости. Все, до копейки, на месте.

– Элина Андреевна, – начала она. – Я не хотела копаться в ваших вещах. Это вышло случайно. Просто, когда Глеб Александрович звонил матери, он заметил вот этот кошелек.

И попросил меня, потом уже, открыть вашу записную книжку. Она у вас так интересно сделана, прямо позади отделения с купюрами.

– И что же ты сделала? – спросила я.

– Открыла. Ножницами. И вот порезалась даже, – простодушно рассказала Карина и показала перевязанный бинтом палец. – Но там ничего не было!

– А что там должно быть?

– Глеб Александрович сказал, что там могут быть записаны какие-то данные карты, чтобы перевести вам деньги. И все.

Простите меня, не увольняйте, только. Мне очень нужна работа. Я ведь не думала, что Арина Николаевна заметит. Вы ведь семья и я подумала, что ваш муж может знать, что у вас в записной книжке. И вправе попросить меня открыть ее.

– Глеб не мой муж! – проговорила я недовольно. – Он брат моего покойного мужа. Пора бы запомнить, кто есть кто из родственников твоей подопечной. Пока я тебя оставляю. Но если я еще раз замечу, что ты шаришь по вещам Арины Николаевны, я напишу заявление в полицию.

Она опустила глаза и быстро скрылась в кухне. Я простилась с Ариной. Голова кипела. Мне нужно было срочно отвлечься и сделать хотя бы глоток воздуха в этом тумане изо лжи и секретов. Так я оказалась уже на остановке и позвонила маме.

– Конечно, приезжай! Эта тетя Лена нарушила все наши планы своим приездом. Я очень соскучилась, Элечка. Приезжай прямо сейчас, я тебя жду…

Я повзрослела очень рано. И все равно в моей жизни почти не было таких ситуаций, когда бы я ни прибегала к маме за советом или вопросом.

Мама понимала меня как никто. Такое тепло, какое я ощущала в её объятиях, вряд ли с чем-то можно сравнить. Даже Сашина любовь не выместила мамину заботу. А теперь, когда его нет рядом, самый дорогой для меня человек – это только она.

Домой, в свой родительский дом, я ехала на такси, снова сетуя на то, что моя машина находится в неизвестном автосервисе.

Визит к свекрови сегодня буквально выбил меня из колеи.