Дневник неглавной героини

Меня прошибло током, но не от нашей близости. Откуда он узнал про психолога? Если только сам Саша рассказал ему еще при жизни.

Это очень давняя история и на консультациях настоял мой муж, сразу после того, как я забеременела.

Сначала Саша и слышать не хотел о детях. Он был поглощен фирмой, потихоньку и я вовлеклась в его работу, бросив фирму Аркаши. Я жила Сашей, а он – своим автосалоном.

– Рано нам еще детей, котенок! Встанем на ноги и потом хоть десять! – говорил Саша, не думая, что годы идут и мне уже далеко не двадцать лет.

Но потом случайно выяснилось, что я забеременела. Это известие окрылило меня, и я сразу же ушла из фирмы, чтобы сократить нагрузку и не нервничать по пустякам. Я очень дорожила нашим малышом. Очень.

Мне хотелось, чтобы с ребенком все было хорошо, и я много разговаривала об этом с Сашей. Переживала, пыталась найти поддержку. Мне было уже под тридцать, и состояние здоровья вызвало некоторые опасения врачей. Это и стало причиной моего страха.

Саша был занят фирмой.

Но он нашел хорошего специалиста, и я почти два месяца исправно ходила к Лилии Михайловне. К слову, сеансы мне не особо помогли. Назначенные таблетки я пила не долго: все время клонило в сон, и была страшная слабость. Переживания за моего сыночка нарастали, хоть врач и не видел ничего против наблюдения у психолога.

Итог стал плачевным. Спустя почти пять месяцев у меня случился выкидыш и на этом, казалось, закончился и наш брак с Сашей.

– Не думай, что я намекаю на какие-то нарушения в психике. Нет, – слова Глеба снова вернули меня в действительность. – Я всего лишь хочу, чтобы ты забыла обо всем. И я хочу, чтобы ты увидела во мне мужчину, Эля.

– Я справлюсь сама, – отсекла его увещевания. – Ты не дал договорить, мне, Глеб. Я расстроилась из-за плохих дел.

Он нахмурился, но я продолжила спокойно.

– А потом я поняла, что это временно. И за спадом придет увеличение продаж. Ведь так, Глеб?

– Да, моя хорошая. Ты очень умная и, честно, Сашка не был достоин такой женщины как ты. Раз ты все поняла, в психологе нет смысла, как я вижу.

Глеб засобирался уходить. Он поблагодарил меня за прием и кофе. Снова обнял, но, видя мое смущение, отстранился и погрустнел.