Ноль часов по московскому времени. Новелла IV

В четвертом, то есть правительственном медицинском управлении, девчонке всё нужное, ясный пень, на лучшем уровне сделают – нельзя сказать, что новая власть вернула старое «спецобслуживание», – она от него просто и не отказывалась.

Михалыч с помощью окончательно справился – помог употребить, поддерживая дно стакана.

Но эффект-то будет лишь очень временный – или человеку так и дальше коньяком себя оглушать?

Поднимаюсь, подхожу и тихо совсем проговариваю:

– Его тоже врачам нужно сдать.

Начальник мой, подумав, согласно кивает.

Показываю, что ухожу в ту комнату.

…

Здесь трудятся трое.

И у покойной как раз берут отпечатки пальцев.

Теперь вижу лицо.

Красивое… и молодое.

По возрасту, пожалуй, где-то рядом с той, которая дочь, – лет на двадцать с чем-нибудь они обе.

А хозяину, наверно, под пятьдесят.

Ну, нормально – сейчас эти люди либо новую семью заводят, либо любовниц. А некоторые сразу по двум фронтам; можно классика повторить: «И жить, и чувствовать спешат».

…

Эксперты очень не любят, когда «следаки» к ним лезут в процессе работы, поэтому я и не лезу.

Но тут они сами:

– Многие там хлебанули?

– Одна. Но не из бокала. На пробу чуть выпила, я так понял – когда открывали бутылку. Цианид, что, во всех бокалах?

– Во всех. А где эта бутылка?

Фигурка в коридоре у входа, громко кашлянув, дала о себе знать, а теперь, жалобно на меня глядя, изображает подобие книксена.

Понятно, боится войти из-за трупа.

Иду к ней, а она уже указывает рукой:

– Там бутылка.

Существо мне представляется Катей, и что она здесь работает.

Одета, вижу теперь, в темно-коричневое строгого фасона, но не дешевое.

Этакая горничная в богатом аристократическом доме.

Кстати сказать, «новые русские» полюбили вдруг страстно всё старорежимное, и до того, что начали покупать княжеские и графские звания, а продажей принялись заниматься два афериста – один, якобы, от дома Романовых, а другой – потому что сам какой-то потомственный князь, вроде бы даже, из Рюриков.

– Вот из этой бутылки наливали? – переспрашивает один из наших.

У стены винный стеллаж с панелью, на ней на салфетке бутылка красного, наполовину уже начатая.

– Из этой, – кивает горничная.

– Капитан, сейчас «пальчики» с нее и забираем?

– А пробу-то можно сразу, чего там – бумажку сунуть.

– Нельзя – всё израсходовали. Кто ж знал, тут столько проб делать придется.