Шутник и Фейри

Поднялась с кресла, огляделась: всегда хотела посмотреть, как выглядит мое жилище в междумирье. Порадовалась, что все вокруг окрашено в малиновый цвет. Потом наклонилась к фейри, который в эфире выглядел так же, как и в подлунном, только здесь его крылья не казались призрачными, обретя вещественность. Синие. Красивые.

Я коснулась лица Касаниэля, с удивлением обнаружив, что он не боится.

Больше не боится.

Он с интересом разглядывал меня, и я была готова провалиться в Геенну, если ему не нравилось.

Он ненормальный.

Ненормальный.

Я склонилась над полуобнаженным крылатым и легко коснулась губами его лба, чтобы поставить метку.

– И я буду лакомиться твоим главным грехом, – прошептала я.

Эль смотрел на меня. Он улыбался. А я улыбалась ему в ответ.

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ. ВОЗВРАЩЕНИЕ ПЕСЧАНОГО КОТА

К.

– А корабли плыву-у-у-ут в порт сча-а-а-астья и наде-е-ежды, вот только я здесь сижу-у-у-у как пре-е-ежде-е-е-е-е-э-э-э!!!

Касси стискивает зубы, прячет голову под подушку и пытается убедить себя в том, что он очень хочет спать.

Касси спокоен и невозмутим. Он не должен забывать о том, кто он есть.

Он – светлый фейри.

Он – крылатый.

Он – сумасшедший крылатый, который живет в одной комнате с высшим демоном Геенны вот уже пять лет. Более того, во всем доходном доме он – единственный представитель светлых рас: соседи снизу – семья троллей, а сосед сверху – вервольф… и именно он сейчас не дает ему, Касси, заснуть.

– Я бы посоветовала тебе смириться с судьбой, – слышит он голос Лиз. Она, в отличие от него, уже давно встала, кажется во время третьей или четвертой песни, когда стало ясно, что вервольф Артих не собирается перекидываться, предпочтя остаться в человеческом обличье до того момента, когда полная Луна побледнеет и перестанет заливать Город и весь подлунный мир своим зеленоватым светом.

Касси не хочет отвечать Лиз.

Бесит. Все вокруг его бесит.

Касси высовывает голову из-под подушки и смотрит на напарницу.

Бесит – это словечко Лиз, он очень долго сопротивлялся, но совместная жизнь с вечно сквернословящей демонессой дает о себе знать: он почти уже забыл слово «раздражает».

Лиз сидит за столом, уткнувшись носом в чашку с ароматным чаем.