Шутник и Фейри

дальше не помню…-эль, – там так и написано, что казнить должны именно его?

– Лиззи, ты к чему вообще ведешь? – Жоршен, наконец, остановился и уставился на меня подозрительным взглядом.

– Так я тебе фейри найду! – заявила я. – До вечера. Крылатого. Светлого. Какого-нибудь Дэлиралировиэля! Никто разницы не заметит! Кроме тебя, конечно…

– Ты… – Жоршен аж задохнулся от возмущения, – ты… хочешь его подменить?!

Ну да. А что такого-то?

– Так никто же не заметит! – я пожала плечами.

– С ума сошла? Я не пойду на такое! – категорично заявил Жор.

Угу, не пойдешь. Знаю я тебя.

– Пятьдесят золотых. Другого фейри приволоку к вечеру, – предложила я.

– Лиз, я тебе сказал…

– Семьдесят золотых, – скучающим тоном я продолжила.

– Лиз…

– Сто золотых, – тон у меня был самый скучающий, но я уже начинала нервничать. Не ровен час у меня денег не хватит.

Жоршен помолчал. Закусив губу, он внимательно разглядывал меня, будто пытаясь по внешности определить пределы моей платежеспособности.

– Сто двадцать золотых. И ты пообещаешь мне, что тот фейри, которого ты притащишь, не будет невинным.

Не невинным, интересно, в каком смысле? Не девственник, что ли?

– Э-э-э-э….

– Лиз! – правильно истолковав мой озорной взгляд, Жоршен оскорбился. – Я имею ввиду, что казнить невиновного я не буду!

– Не будешь, – согласно покивала я. – Я тебе даже чистосердечное признание принесу. На бумажке. Хочешь?

– Хочу, – буркнул начальник тюрьмы.

Я уже доигралась. Правда я тогда об этом еще не знала…

К.

Утро дня казни смеется над Касси, не иначе! Осеннее солнце заливает угол камеры, где он расположился, ровным синим светом, бьет ему в глаза, заставляя сначала проснуться, а затем щуриться и ненавидеть его. Ненавидеть свет. Раздражение подхватывает его разум, заставляя качаться на волнах все более ощутимого безумия. Он заснул только под утро, и теперь его глаза (и так наполовину заплывшие из-за недуга) одуряющее сильно болят, а холодные лучи, как нарочно яркие, причиняют страдания, сравнимые с пытками древних.

Сейчас в подлунном не применяют Колких Солдат или Узкие Башмаки, не выкалывают глаза. Здесь теперь есть маги, люди, обретшие силу темного или светлого. Люди, которые могут причинить боль без увечий.

В данный момент Касси ненавидит подлунный мир всей душой. Он даже рад, что сегодня умрет. Сдохнет, как бешеная собака.