Путешествие в полночь

– Теодор Ливиану. Ищу родителей.

Шныряла упрямо молчала, и Маска продолжил сам:

– Вы знаете меня как Охотника и Маску. Мое же настоящее имя – Змеевик. Я сын Господаря Горы.

Тео чуть не упал. «Черт!» Он подозревал, что между Охотником и Господарем – огромным змеем-оборотнем, который когда-то чуть не сожрал его и Шнырялу, – есть связь, и вдруг пазлы сошлись!

– Моя истинная цель, – тут Маска тронул свой перстень, огромный, с большим черным камнем, – отыскать Лучезар.

Это светящийся камень, из которого сделаны игральные кости для Макабра.

Шныряла вскочила на ноги, выронив нож. Тео подумал, что она решила быстро рассказать о себе, но девушка лишь гневно уставилась на Змеевика. Тот отвел глаза.

– Договор! – хрипло выплюнула Шныряла. – Договор, говорите? Ерунда.

Она покачала головой и посмотрела на Теодора. Он понял, что хотела сказать Шныряла: «Я знаю, о чем ты чуть не проговорился».

– Между нами, – взгляды Шнырялы и Змеевика пересеклись, и парень нервно стиснул пальцы, – между нами всеми ничего – слышите? – ничего нет!

Тео с удивлением заметил, что глаза девушки заблестели – так, как блестят от слез. Спохватившись, Шныряла тряхнула головой и, подняв нож, ушла по высокой траве в лес.

Змеевик дернулся, будто хотел догнать ее, но потом с каменным лицом уставился на кольцо.

Глава 6

О птице майастре

Тео считал, что достаточно повидал за месяц Макабра, но он ошибался. Более прекрасного и ужасного места, чем Полночь, он и представить себе не мог. Все было странным, причудливым – и, несмотря на тревогу, Тео признался себе: черно-золотой мир его зачаровал. «Как в сказке», – вспомнил он слова Санды.

Они шли долго, спускаясь и поднимаясь по заросшим деревьями холмам, и каждый раз Тео предвкушал новое открытие.

На одном холме росли редкие деревья, между которыми колыхалась мягкая искрящаяся трава. Стоило опустить ногу на землю, как травинки вспыхивали серебром, тут же загорались соседние, и от ноги, потрескивая, во все стороны убегали яркие волны. Тео наклонился, тронул траву, и от его ладони разлилось серебро, чуть уколов пальцы.