Путешествие в полночь

Башни покосились, горы осыпались, пола не было видно под толстым слоем всевозможных предметов. Игроки по колено проваливались в блестящие безделушки, таблички, зверушки и подковы. Кое-как добравшись до середины зала, Тео с удвоенной силой ринулся к черным дверям, где было свободно, словно кто-то расчищал завал.

Птица уже закончила петь первый куплет и открывала клюв, чтобы начать второй.

– Запоминайте! – только и бросил Тео, полагаясь на память всех четверых.

Зал погрузился в тревожную тишину, в которой раздался тихий голос, подобный звону колокольчика:

Мир Полуночи тешен и сладок на вкус:

Черный лес и луна золотая;

На тропу нимерицы ступив, я вернусь

В город тот, где лишь тени блуждают.

Нимерица ведет среди сказочных мест,

Где хранят старый клад спиридуши,

Где паук смертоносный сплетает свой крест

И цветы стерегут ваши души.

По тропе золотой ты уйдешь далеко,

Если ищешь заветное место —

Всех дорог перекресток увидеть легко,

Как услышишь беззвучную песню.

Тайный сад охраняет заветную дверь

Среди тысяч других – и опасных,

Но открыть ты не сможешь тот путь, уж поверь —

Если жив, не пытайся: напрасно.

Словно братья, в Полуночи замки стоят.

Первый золотом слепит, как солнце,

А о Черном, втором, вовсе не говорят —

Из него только Смерть и вернется.

И никто во всем мире в тот замок не вхож,

Там живых никогда не бывает,

Целый век ты ищи, но его не найдешь,

Только тень его дверь отпирает,

Дверь в Ищи-не-найдешь открывает…

Птица распахнула крылья, широко раскрыла клюв и стихла.

Долгая минута тишины. Игроки задумчиво хмурились. Тео думал, что забудет песню тут же, но она буквально въелась в память.

– Сначала, – Санда подняла палец, – говорится о тропе. Нужно найти золотую тропу… И где-то на перекрестке находится тайный сад, в котором будет дверь… в тот самый Ищи-не-найдешь. Я так понимаю?

Она посмотрела в окно. Залитый лунным светом, там виднелся склон холма, который сбегал к темному лесу.

Маска широко раскрыл глаза, а Теодор дернулся было вперед, но замер.

– Тсс, – прошипела Шныряла. – Помолчи, девочка. – Она оскалилась и закричала на весь зал: – Я убью ее!

Теодор стоял, сжимая рукоять ножа в потной руке, а Шныряла чуть покачала головой и одними губами произнесла: «Нет».

Санда, сипло хватая воздух, вцепилась в рукав Шнырялы, но та держала крепко.