Ты моя одержимость

 – Мне деньги нужны, понимаешь, бабки все решают! И квартиру эту не продашь, потому что не моя.

Правильно сделали. Он не изменился. Он потратит все до копейки. Но вот я так и остаюсь в ловушке.

– Ну, это тоже не плохо, – говорю я, решая сходить в ванную комнату перед тем, как лечь отдыхать. – Будет, где жить, может за ум возьмёшься…

Миша и за ум – это что-то нереальное. Его бы в какой-нибудь реабилитационный центр положить. Это сейчас он ведёт себя более-менее хорошо, но когда уходит тусить с пацанами, начинается настоящий ад.

– Работать я не пойду, если ты это имеешь в виду, – отвечает он категорично, совершенно меня не удивляя. – Я надеялся, что меня в бизнес впишут, может счёт откроют, а мне ничего не досталось! И ты ещё спрашиваешь, почему я их так ненавижу?

Миша заводится все сильнее, ещё немного и начнёт крушить комнату. Я уже вижу, как горят от ярости его глаза, а это значит, что мне тоже может прилететь.

Я бы должна прикусить язык, но мне очень хочется съязвить, что я и делаю.

– Мне кажется, что ты сам во всем виноват.

Чистая правда, от неё никуда не убежишь.

Он правда слишком много хочет, но мало что делает. Он не общался с родителями несколько лет, либо скидывал их звонки, либо прямо в трубку посылал родного отца. А когда он узнал о его внезапной кончине, то обрадовался так, что от радости запил на три дня.

До сих пор мне не совсем понятно, почему он так сильно их ненавидит, первое впечатление у меня хорошее.

– Да? Думаешь, Денис такой идеальный? – язвит он мне в ответ. – Совсем нет, он только кажется хорошим, а претворяться умеет так, что никто не догадывается. Думаешь, он миллионы не проматывает на клубы, баб и на кайфы?

Вот это зависть…

– Мне это неизвестно, – говорю я безразлично.

Мне до этого нет никакого дела, в отличие от Миши, он, когда о нем говорит, чуть ли не слюной брызжет.

Он падает на диван и трёт виски пальцами. Ну, прямо мученик. Не получил денег. Он занимается продажей наркотиков, у него имеется приличный доход.

– Я поговорю с матерью. Чуть позже поговорю, когда она увидит, что я теперь пай-мальчик, а ты мне в этом поможешь, – говорит он, кидая в мою сторону тяжелый взгляд. – Жить со мной будешь, продолжишь играть роль хорошей девочки.

Черт. Продолжать быть с ним я не планировала. Думала, он просто мне поможет с жильём, и мы разойдёмся в разные стороны.

– Миш, мы договаривались… – говорю я, проглатывая ком в горле.