Отчим моей подруги

Других мужчин я видела впервые, но по их внешнему виду было понятно, что это какие-то важные шишки города. Все в возрасте. Хайдаров, возможно, тут самый молодой, или же просто хорошо сохранился.

Они довольно быстро переключаются и начинают вести разговор на свои темы. Но кое-что все же привлекает мое внимание.

– Тост! За твою новую золотую жилу, Хайдаров, хитрый ты сукин сын, – один из них встаёт и поднимает рюмку вверх, они чокаются и выпивают. – Чувствую, сработаемся и срубим кучу бабок, – он наклоняется через весь стол и жмёт Руслану Львовичу руку и обнимает, говорит негромко, но до меня дошло.

Понятно. Застолье у них здесь видать прибыльное, ну шикарно, с алкоголем и шлюхами. Обмывают генеральное кресло. Лера будет довольна собранной информацией.

Однако, здесь же этот Рома, какова его роль?

Он, мне кажется, даже не понял, что это я, потому что продолжал тискать девушку рядом с собой, и по виду было кристально ясно, что он в зюзю, как и все остальные. Зафоткать бы и показать подруге, хотя она мне и на слово поверит.

– Если ты чего-нибудь хочешь, можешь заказать, – мужчина вырывает меня из раздумий, кладёт на ноги меню. Я машу головой в отказе. – Выпить? – он приближает своё лицо, слишком близко, так, что я отчетливо ощущаю его дыхание на своей щеке.

Он тоже пил, а я не люблю нетрезвых людей, они порой ведут себя неадекватно. Особенно мужчины.

– Я-я, не пью, – отвечаю, немного сдвигаюсь ближе к девушке. – Да и меня парень… ждёт, я, наверное, пойду.

Валим. Валим. Валим!

Только я собираюсь встать, как тяжелая рука падает мне на колено и грубо сжимает. Я в испуге поднимаю взгляд, встречаясь с его тёмным и пронзительным.

Он ведёт ладонью вверх под юбку, его ноздри раздуваются, а зрачок заметно расширяется.

Я сижу окаменелая, боюсь пошевелится или закричать. Четко ощущаю, как он проходится пальцами по каемке чулок, и я ругаю себя за то, что надела их сегодня. Он наклоняется к моим губам, смотрит на них, так, словно хочет наброситься в жестком поцелуе.

И меня прознаёт протестом. Я отшвыриваю его руку и толкаю в грудь, прикладывая огромные усилия, чтобы сдвинуть его. Он лишь ухмыляется, но все же отстраняется, засмеявшись во весь голос.

Приступает к болтовне со своими партнерами, позабыв о моем присутствии.

Я в западне.

Мои щёки горят от стыда. Руки вспотели. Плакать хочется!

Время десятый час. Звоню Богатырёву, без ответа.