Ангел для Зверя

Если потребуется, я объясню, что Кристину пожелало моё похотливое сердце. Внутренний зверюга уже от злости зарычал, потому что все сговорились и пытаются лишить его желанного.

Весь мир может сказать, что Кристина мне не пара, я скажу в ответ: «Не ваше собачье дело».

– Дамира мне мать, а не жена. И она не знает Кристину, – напоминаю я, смотря прямо в тёмно-карие глаза.

– Ты тоже ее не знаешь, – поднимает густые брови, по сути, приемный отец. Именно так я стал его называть. И дело даже не в благодарности.

Ильшат хмурится, раздраженно хлопает дверцей тачки, но я отмахиваюсь от его негатива. Сейчас не до него.

Хотя его слова о том, что я не знаю своего Ангела, крутятся в голове всю дорогу. В этом есть доля правды. Но сейчас нужно выяснить, что вообще между нами происходит. Какого хрена ее не было в день моего пробуждения.

Куда вообще собралась?

Тем более, кому вообще нужен этот конфетно-букетный период, если мы фактически с первой встречи поняли, что, как бы по-идиотски это не звучало, созданы друг для друга.

Мы пережили почти смерть. Нам нельзя разлучаться. Ну, а узнать друг друга можно и по ходу совместной жизни. Времени теперь предостаточно.

Мчусь сквозь шумный город, слушая любимый звук шестицилиндрового двигателя и вдавливаю педаль в пол, постепенно ускоряясь.

Ходить ещё тяжеловато, а вот машину водить настоящий кайф. Особенно в кайф знать, что не каждый может себе такую позволить.

Именно поэтому я стал зарабатывать.

Пользоваться вещами и возможностями, которые дают большие бабки. Иметь привилегии, которых нет у многих.

Чуть не заплутал в районе, так сильно напоминающим мою жизнь в приюте. Грязь. Разруха. Голод. Захолустье с высоким уровнем преступности.

Серые, обшарпанные дома, распивающая алкоголь школота и их родители.

Запах этой помойной ямы чувствуется даже с закрытыми окнами.

Дом, указанный на бумажке, я нахожу спустя минут десять не самой приятной экскурсии.

М-да. Как бы не рухнул.

И что Кристина здесь забыла? Неужели ей нравится жить в таких условиях?

Ладно меня боится, почему с Катей не осталась жить?

Это тоже спросим.

Закрываю тачку. Сразу замечаю удивленные взгляды местных алкашей и перешёптывания бабулек на лавочке.

– Если тачку не тронут – c меня ящик водяры, – предлагаю я и вижу загоревшуюся алчность в белесых, осоловелых глазах каждого из пяти забулдыг.