Ради тебя

– Не понравилось, что я с другой, да? – прошептал, прижимаясь своей щекой к ее. – Что почувствовала? Злость? Какого тебе было? – нежно потерся он своим лицом об ее, а она перестала вырываться, но отчаянно продолжала отворачиваться от него.

– Это противно.

– Чем я тебе так не угодил? – прошептал Каин, осознавая, что прежнее чувство возбуждения возвращается. Какого черта она так действует на него? – Настолько противно быть рядом? Поцелуй меня, – прильнул он губами к ее шее и услышал тихий несдержанный стон. Каин улыбнулся.

– Да ни за что! Ты облизывал эту бестолковую Белл! – она разъярилась и взглянула на него, а Каин счастливо улыбнулся:

– Попалась! – он потянулся к ее губам и вдруг замер.

Эсфер стояла бледная, как смерть. Каин со всеми этими играми и не заметил, что по-настоящему пугает ее. И взгляд…

Он отпустил тонкие руки и сделал шаг назад:

– Не хочешь, не надо. Прости. Я не имел права так настаивать. Я напишу рекомендации, – открыл ключом дверь и указал ей на выход. – Выдохни, мы больше не увидимся.

А Эсфер, некоторое время ошарашенно смотря то на него, то на дверь, кинулась прочь.

– Я ее чуть не изнасиловал, – неторопливо бился Каин головой об стол, а парни наблюдали за его отчаянием.

– А что помешало? – как ни в чем не бывало попивал коктейль через трубочку Лукас.

– Ты дурак или прикидываешься? – уставился на него Каин. – Я не соображаю рядом с ней. Пора реально переводить ее в другую группу.

– А что, сильно отбивалась? – Вот от Кевина он совсем такого не ожидал.

– Да, – пришлось согласиться Каину с этим фактом, и он распрямился, откинув голову на мягкую спинку кожаного дивана. – Но она. Я хотел поцеловать и уверен она не стала бы отбиваться, доведи я дело до конца, но ее взгляд…

– Что? Злой? – с любопытством поинтересовался Лукас.

– Затравленный, – вздохнул Каин, – будто перед казнью. Почувствовал себя насильником.

– Тогда переведи, – одобрительно кивнул друг.

– Да шел бы ты, – отмахнулся Каин, и парни засмеялись, а он только покачал головой.

Редсон шел на работу с навязчивой мыслью, что он само зло. Девушки никогда не были против его прямолинейности, а тут что-то пошло не так. Совесть противно зудела, и, как надоедливый комар, безостановочно елозила в груди.

«Ай, – гневно цыкнул Каин, открыв шкафчик. – Да черт с ней.