Подует ветер

Но прежде, чем покажете могилу собаки, дадите расписку об ответственности за дачу ложных показаний – это год тюрьмы, в случае чего…

– Мистер Гамильтон, господин лейтенант! – Тут же заговорил человек. – Мы подневольные люди, вы же понимаете! Я не хотел, и эта собака умерла две недели назад своей собственной смертью.

Гамильтон прикрыл трубку рукой – в комнату ввалился Фолби.

– Все врет противный мальчишка, – поняв вопросительный взгляд начальника, тут же проговорил он. – Ни в кого он не стрелял – этакая маленькая каналья!

– Ну вот что, – сказал Гамильтон в трубку, нервно вздохнувшую на другом конце, – если через сорок минут Барток не явится ко мне в управление, я направлю официальное донесение в городской суд, и можете не сомневаться – вашу газету закроют, да еще со штрафом, на который уйдет все ваше редакционное имущество!

* * *

Город с утра встал в очередь за оружием.

Многие брали по два-три ствола – для себя и членов семьи.

Папаша Тьюберг был в полном восторге, тем более, что люди требовали большой боекомплект, и он уже послал грузовичок за дополнительной партией патронов.

– Все как по маслу! – не скрывая своего настроения, произнес он, входя в контору. – Битва решена, и мы победили! Только у меня как у Наполеона, ха-ха, во время решающего сражения появился насморк. И, черт возьми, забыл дома платок!

– Вот тебе мой, – Энн протянула ему красивый сине-белый четырехугольник, – он совершенно чистый.

– Спасибо, дорогая! Ты прости, но тебе надо будет сегодня чуть задержаться. Сама понимаешь, какие у нас финансовые дела.

– Хорошо, папа, – ответила дочь, довольно, впрочем, холодно, – я доведу все до полного порядка.

– Ну отлично, я вернусь в торговый зал.

Помимо самой продажи дробовиков тут же в зале двое сотрудников проводили для всех желающих бесплатный инструктаж, хотя оружие было совсем простым и особых навыков не требовало.

Посуетившись около часа в зале, Тьюберг полез в очередной раз за носовым платком, но, порывшись в карманах, его не обнаружил.

«Куда он делся?.. Видно, обронил последний раз где-то у прилавка». Пришлось идти в галантерейный отдел и покупать там новый платок за собственные деньги. Он уже собрался высморкаться, но вдруг почувствовал, что насморк прошел сам собой. – «Нет, до чего же чудесный день!»

* * *

Их вызвали звонком из газеты.