Подует ветер

 – Я ее, что ли, туда принес?

– Не кричи на начальника – это дурной пример для молодого поколения, – с еле уловимой иронией, но вполне примирительно проговорил лейтенант.

– Я же не говорил, что змеи пришли сами, – тоже уже спокойно произнес сержант, – ну очень уж непохоже, чтобы этим занимался такой мужик.

– Да, совсем непохоже, – неохотно согласился Гамильтон и тут же, подвинув свежую вечернюю газету поближе к сержанту, ткнул пальцем в громадные заголовки. Фолби наклонился и покачал головой.

– А это как тебе нравится? – лейтенант показал на крупно изображенный внизу газеты короткоствольный дробовик.

– «С тридцати метров, – прочитал из-за его плеча сержант, – вы уложите любую змею, не боясь причинить вред окружающим». Я что-то вообще не знаю этого оружия, – добавил он.

– А мы сейчас посмотрим, – лейтенант подошел к полке, взял толстый справочник и, снова усевшись в кресло, начал листать.

– Вот, – вскоре объявил он. – Предназначался для коммунальных служб, главным образом для уничтожения крыс в городских трущобах.

– А здесь они, – Фолби заглянул в газету, – предлагают это залежалое старье за 590. Ну что ж, несколько миллиончиков папаша Тьюберг положит себе в карман. И, надо думать, Бартоку отстегнет немало.

Лейтенант мрачно кивнул, и тут они оба взглянули на Дика, который продолжал свои пристальные разглядывания змеиных останков.

– Послушай, малыш, – спросил Фолби, – похоже, тебе приятно любоваться этой пакостью?

– Как, сэр?

– Да я говорю, не извращенец ли ты у нас? Ну, как тебе объяснить – может быть, у тебя такие сны бывают – идешь по городу и вдруг обнаруживаешь, что на тебе нет штанов.

– Э… неловко даже такое слушать, сэр, ей-богу неловко. Вы бы лучше с господином лейтенантом подошли сюда. Мне кажется, я что-то заметил.

Оба поднялись, устало и неохотно.

– Фу, гадость, – подходя, процедил Фолби.

– Посмотрите, пожалуйста, на змеиные черепа.

Даже сейчас эти мощные треугольные конусы с пустыми выгоревшими глазницами и длинными загнутыми зубами вызывали легкий озноб. Вся цель создавшей их природы, казалось, состояла исключительно в том, чтоб сотворить орудие убийства – стремительное и беспощадное.

– Ну, в чем проблема, Дик? – спросил Гамильтон.