Подует ветер

На лице Дика Терье появилось новое выражение, и без того большие с беломраморными белками глаза раскрылись еще шире.

– Прошу прощения, господин лейтенант, мне в голову пришла блестящая идея!

– Только одна, Дик? – флегматично переспросил тот, одновременно приводя в порядок галстук и приготавливаясь все-таки завершить сегодняшний рабочий день.

– Да! Меня ведь никто еще не знает в этом городе, так?

Оба полицейские сделали легкие кивки головами.

– Значит, я могу внедриться в местную мафию! – с жаром продолжил он.

 – А легенду мы можем сейчас придумать. Лучше всего – будто я освободился из тюрьмы и ищу дружков на свободе… А? Ну как?

– Неплохо, Ричард, совсем неплохо. – Гамильтон уже открыл стенной шкаф и начал надевать пиджак. – В первой части идея просто блестящая.

– Благодарю вас, сэр!

– И если заменить твою полицейскую форму на грязную рубаху и тертые джинсы, – поддакнул сержант, – насчет тюрьмы никто не усомнится. Но мафии у нас в городе нет, сынок, вот ведь беда-то.

– Нет?

Фолби удрученно замотал головой.

Гамильтон тоже выдал скорбную гримасу.

– Тогда какие-то преступные группировки?

– Очень сожалею, – вполне серьезно произнес лейтенант, – но этого у нас тоже пока что нет.

– Тогда в чем же ваша главная задача, сэр?

– Главная задача? – Полицейские переглянулись, уже с трудом выдерживая серьезность на лицах. – Главная задача в том, чтобы не допускать преступлений со стороны работников полиции.

– Ну да, – подтверждающе закивал сержант, – а какая ж еще?

Парень с ошарашенным видом посмотрел на обоих, пытаясь понять серьезность сказанного, но, нисколько в этом не преуспев, почувствовал себя расстроенным.

Гамильтон, тем временем, подошел к дверям, сделал прощальный жест рукой и вышел из кабинета. Фолби похлопал мощной лапой по плечу растерянного новичка и тоже подтолкнул его к выходу:

– Ну, что ты глаза растопырил? Пошли, и нам пора.

* * *

Лейтенант привык, не спеша, прогуливаться после работы. Вернее, эта привычка сложилась у него в последние два года, после развода, который счастливо совпал с его назначением на должность начальника полицейского управления города.

Сейчас бы, впрочем, он даже признал их развод еще более удачным событием, чем скачок по служебной лестнице. Три года странной, угнетавшей обоих супружеской жизни. Двух совершенно ненужных друг другу людей, простое общение которых ежедневно требовало взаимных усилий. И никаких ссор, измен – просто все время было тягостно и грустно.