Ледяное сердце

 – Если у вас есть средства для войны, есть они и для покупки женщин! В этом я не сомневаюсь! Я никогда не сделаю того, о чем вы сейчас так спокойно говорите!

– Тебя об этом никто не будет просить, Мария…

– Если я…. Если я…. Что мне сделать, чтобы вы вернули меня моей семье? Поверьте, на эти деньги вы сможете купить тысячу рабынь!

– Забудь о возвращении в свою семью, Мария. – Хан задумчиво смотрел на нее своими пронзительными светлыми глазами. – Если ты будешь хорошо себя вести, не пытаться сбежать, то я подумаю над твоим будущим.

– Вы хотите предложить меня… многим мужчинам? Я правильно понимаю? И ждете, чтобы я спокойно сидела и ждала, пока вы примете решение?

Девушка подняла вопросительный взгляд, изо всех сил стараясь не дрожать, и замерев смотрела, как он медленно поднял руку, чтобы погладить ее по щеке. Нежным, как перышко, прикосновением, хотя его грубые, мозолистые руки наверняка могли спокойно гнуть подковы.

– Если ты меня разозлишь, и я решу запереть тебя в казарме солдат, это будет очень глупо с моей стороны.

 – Казалось, Хан забыл, что продолжает нежно поглаживать ее. – Я честно могу признаться, что потом пожалею об этом! Так что не делай ничего, что может заставить принять меня скоропалительное решение. Поняла?

Он встал и подошел к большому деревянному сундуку, обитому золотом. Открыл крышку и бросил ей на кровать синюю мужскую тунику.

– Одень пока это. Я скоро принесу тебе поесть. Не думаю, что тебе очень удобно сидеть под одеялом голой! Но ничего другого у меня для тебя нет.

И Хан вышел за дверь, даже не посмотрев в ее сторону.

Мария соскочила с кровати и, даже не раздумывая, натянула предложенную вещь через голову. Настолько ей было некомфортно чувствовать себя перед ним раздетой. Рукава пришлось закатать в несколько раз, а длина доходила почти до щиколоток. Девушка развязала узел на руке и отбросила ненужную деревяшку. Несколько раз согнула и разогнула пальцы, проверяя чувствительность. Потом она заплела косу и огляделась в поисках ночного горшка.

Она очень хотела в туалет, но боялась, что Хан в любой момент вернется и она окажется в неловком положении и умрет со стыда.

И действительно, через несколько минут он вернулся с подносом, который поставил на стол. Оглядел ее с ног до головы и удовлетворенно кивнул.

– Тебе надо поесть! – Хан задержал взгляд на той ее руке, где больше не было повязки. А он внимателен! Но ничего не сказал, а только озадаченно нахмурился.