ПоDруга MаNьяка

Попытался встать, но учитывая состояние, вы понимаете – это было почти невозможно. И скорее всего, он бы еще несколько минут тщетно пытался оказаться на ногах. Корчился на коленках и веселил бы проходящих мимо. Так бы и было, если бы судьба не подкинула маленький сюрприз.

Компания проходящих мимо ребят и девчонок при виде пьяного засмеялась.

– Посмотрите,– одна из девушек была не очень воспитанной и даже ткнула пальцем.

Он видел ее размазано, только то, что девчушка была светловолосой.

– Хм, курица,– прорычал не трезвый молодой человек, пытаясь встать.

– А ну не тыкай пальцем,– примерно оттуда же донесся довольно знакомый голос и очень расстроено,– Ди? Это ты?

– Ден,– увидел очерки беловолосого парня,– не трогай меня, я сам,– горделиво отказывался от помощи, представляя, как на него сейчас смотрит его друг.

Остро своими голубыми и впалыми глазами на остром лице. Этот вечно выглаженный по строчке мачо, с уложенной прической из светлой копны волос. Интересно улыбается ли он сейчас своими устами или кривит уголки к подбородку?

– Вставай, Ди.

– А ты не лезь,– бормотал он, случайно прикусив язык,– и сам пьешь не меньше.

– Да пьем, но не так, да и как не лезть? Твоя мамка мне звонила, искала тебя, ищут тебя,– сопереживающей интонацией оповестил Ден,– а ты тут.

– А чего это она тебе звонит? Хочет нянькой тебя ко мне приставить? – подняться не получалось,

– Стас! Иди сюда,– понимая, что поднять его самому не удастся, беспокойно подозвал товарища.

«И этот тоже тут»,– только и успел подумать он, как услышал отклик,– иду,– мелкий с глазами бусинками и острым подбородком, быстро оказался рядом,– дружище, вставай,– перехватывая своими худенькими, но жилистыми конечностями руку друга со второй стороны.

– Дружище? Я года два с вами не виделся, как переехал к бабке, вы как звать меня, не забыли, не понятно. Так что, пошли на хер.

– Ты чего грубишь? Мы тебе звонили и приезжали к тебе на район, но ты морозился сам,– маленький силуэт Стаса разглядывался лучше всех, из-за его роста и свет хорошо попадал, освещая его физиономию, непропорционально густые брови нахмурились, морща переносицу недоумения, он смешно приподнимал нос картошкой.

– Плохо звонили, значит,– отталкивая от себя и с трудом сдерживая смешок от моськи двоящегося лица друга.

– Так пойдем с нами,– попытались взять с двух сторон под руки.