Секретарь для чародея

Вызванный маг-стихийник не смог разогнать их, а ночью повалил настоящий, лохматый снег.

Утром все жители столицы в недоумении ахали, глядя в окно. Улицы покрылись высокими белыми сугробами, пруды и фонтаны сковало льдом. В тот же день был срочно собран Совет магов для обследования принцессы.

– Ваше величество, это проклятие фей, причем огромной силы, – поведала через три напряженных и очень холодных дня королю Азорусу наедине председательница совета, архимагесса Аллеара Аркхем.

– Что? – воскликнул король. – И вы, архимагесса, говорите мне, что ничего нельзя сделать? Что все ваше могущество бессильно?!

– Кое-что сделать можно, – вздохнула Аллеара. – Например, перенести принцессу в более… отдаленное от столицы место. Но желательно рядом с источником силы.

– Зачем? – нахмурился король.

– Затем, ваше величество, что в столице начнутся бунты. Вам уже доложили, что внезапная зима наступила не по всей стране, а накрыла только столицу? И то, на западной границе часть города остался без климатических изменений.

Инвар Анлад бережно развернул карту и положил ее перед своим королем.

– И вот еще одна, взгляните, ваше величество.

Секретарь развернул второй лист и положил рядом. Несколько мгновений король переводил взгляд с одного на другой и вдруг воскликнул:

– Невероятно! Ах, чертовки!

Границы зимней погоды в точности повторяли очертания плана того самого злополучного города, который люди короля должны были построить на землях фей.

– Вы бесконечно проницательны, ваше величество, – сказала Аллеара. – Принцесса является как бы центром проклятья. Если переместить ее куда-нибудь… в другое место, то зима в столице снова сменится весной.

– В какое еще другое место? – снова нахмурил густые брови Азорус.

– Только два варианта, ваше величество, – архимагесса приблизилась к столу. – Оба в Белирском крае, там самые стабильные источники силы. Если поместить принцессу далеко от них, будет крайне трудно поддерживать ее жизнь. Любое проклятье губительно для жизненной силы, вы знаете. А так – принцесса будет спать, оставаясь все такой же юной, даже через много лет…

– Много лет? – вскинулся король.