В сказку на год

На вытертом линолеуме темнели полосы от ошметков капусты.

Виктора не устроил суп. И, как справедливо подозревала Нина, любое другое блюдо, хоть бы и приготовленное самим Джейми Оливером, тоже бы не устроило его становившийся привередливым от алкоголя вкус.

Уходить! Но куда? И почему она должна уйти, а не он? Квартира-то ее…

Или не ее?

Когда Нина вышла замуж, родители скинулись им на жилье – Викторовы дали пятнадцать процентов, Нинины – семьдесят. Оставшиеся деньги были заняты по знакомым Нины. Но впоследствии квартира была переписана на мужа, чтобы он наконец-то почувствовал себя “хозяином” и бросил пить.

Не бросил.

Лучше бы она его к бабке-знахарке отвела, да хоть к десяти – дешевле бы вышло.

Конечно, можно было подать в суд, но до суда надо где-то жить, а муж придет в ярость… И за дочку страшно, отыграется ведь на ребенке.

Мама с папой не пустят. То есть, конечно, можно попробовать, но Нину приводила в ужас одна только мысль о нотациях от мамы, презрительных взглядах отца и самодовольных – брата.

Он-то умница, родительская гордость, а она, Нина…

Как Золушка в собственной семье, она пыталась заслужить любовь с детства, но ей это не удавалось. Родители, сошедшиеся не столько по любви, сколько по случайному стечению обстоятельств, и больше занятые выживанием, чем дочерью, никогда не были ей довольны. Пятерка – ну а как еще должно быть? Убралась дома? Ну ясное дело, ты же девочка, тебе так и положено. Ужин приготовила? Ой, а провозилась-то и вон, на плите после готовки присох кусочек картошки – что, трудно убрать было?

К подругам?

А где они, подруги? Сашка бы пустила, но она уехала далеко, на родину своего благоверного.

Регинка сама едва концы с концами сводит, всем семейством на съемной ютятся, а еще она когда-то Нине выговаривала, что та дала переоформить квартиру на мужа.

А к остальным тем более не попросишься, все равно что к незнакомым лезть…

В общем, никуда не денешься.

Нина, доделав обед на завтра, потому что готовка была прервана пьяным скандалом, привычно прибралась в кухне и проверила содержимое полок буфета и холодильника.

Эти заботы словно оттягивали момент, когда нужно будет уходить из квартиры, где она создавала уют своими силами и скромными средствами, которые удавалось заработать, трудясь администратором в местном учебном центре по обучению детей английскому. Виктор на хозяйство выделял крохи, которых на коммуналку еле хватало.

И при этом не стеснялся называть себя кормильцем.