Мужья

Они не понимали, что происходит, но не ожидали от изменений ничего хорошего.

В горле пересохло.

Она годами представляла себе, что им скажет, с чего начнёт, но сейчас, когда эти великие, совершенные могучие воины, неистово ненавидящие её, оказались перед ней, под ложечкой засосало.

Кайла бросила взгляд на спасённого из железной леди оборотня, потрясающе исцелившегося за столь короткий срок. Хотя, наверняка, не полностью, но он здесь. Почему?

У драконов древняя Душа. Они помнят свои предыдущие жизни.

Кайла сделала глоток воды, чтобы смочить горло и принялась за завтрак, с облегчением отмечая, что воины последовали её примеру.

У неё совершенно пропало желание есть, но хотелось хоть чем-то их порадовать.

Нет, они не голодали при Шаналле. Лишь идиот будет морить голодом собственную армию, но рацион их был крайне скуден и однообразен.

За обедом и за ужином ситуация повторилась.

Менялся лишь состав воинов, разделявших с ней трапезу.

Неизменно присутствовали лишь Тайерган с Одхраном.

– Почему вы опять здесь? – не удержалась она от вопроса, нарушив общую угнетающую атмосферу.

– Ваше Величество не оговаривали, кто именно должен быть за столом, – поспешил объясниться Лиар.

– Я не об этом, – мягко улыбнулась она ему, пытаясь успокоить.

– Это правда, что Тёмной комнаты более не существует? – будто сам сорвался с губ дракона вопрос.

Присутствующие мужчины напряглись пуще прежнего.

Заговорить? Без позволения?

Возникшие в воображении картины последствий подобного поведения лишали аппетита.

– Да, – ответила ему Кайла, убедившись в том, что древний дракон всё же что-то подозревает.

– Почему? – пошёл он дальше.

Цепкий взгляд Одхрана жадно всматривался во всегда ледяные лавандовые глаза, скользил по смуглой от природы коже, иссиня чёрным волосам. Чёрная Ведьма всегда выглядела, словно каменное изваяние, совершенное творение гениального скульптора – такая же прекрасная и бездушная.

– Уже соскучился? – улыбнулась «Королева», пытаясь отшутиться.

Воины рискнули поднять ошеломлённые взгляды.

Все они были сильными магами, почувствовавшие кожей тепло улыбки.

– Иеса тоже ты убила? – не унимался дракон.

При воспоминании о полубезумном, полном мольбы и надежды, взгляде Иеса, совершенное лицо Кайлы исказила гримаса боли.