Жизнь на вкус. Vol.1

Кофейного цвета окна-витрины сейчас еще были тусклыми: только новогодняя гирлянда по контуру лежала звездной дорожкой. Облепленные снегом стекла казались щедро обсыпанными сахарной пудрой. Черная ручка на двери – лакричный леденец… Ее кондитерская – ее пряничный домик. Как и положено, со всеми сладкими чудесами из детских сказок. Все, о чем мечтала "Семенова-обжора" в детстве. Там даже своя Баба-Яга была – заведующая. Она "чахла над златом" после каждой смены и зыркала на приходящих детей так, словно готова была съесть их прямо сейчас, не дожидаясь, пока они растолстеют на ее сладостях.

Разница только в том, что теперь в этой сказке Семенова смотрела на сахарные чудеса с другой стороны витрины. Она работала в кондитерской. В той самой, в которую их водили еще в школе. Ничего особенного? А чем не воплощенная мечта?!

– Привет, малышка! Ты испортила мне утро, – снежинка рухнула в серую слякоть. У перехода стоял Сашка. Бордовым пятном своей куртки он прорезал снежный воздух. "Ты мне тоже", – хотела ответить Леночка.

– Привет, Саша, – захлюпала бывшая снежинка. Голос ее стал серым как химическая слякоть на тротуаре.

– Я не подвез вчера. Ты так быстро убежала, а мне нужно было закончить дела. Я хотел выспаться, но твой звонок меня перепугал. Я же не справлюсь без своей рыжей "зажигалки", ты самая успешная официантка в этом месяце в моем клубе, – снежинки таяли от этого хорошо поставленного баритона. Снежинка Лена тоже едва держалась. – И самая моя любимая.

– Я упала вчера, было скользко. Заработала синяк. Буду выглядеть некрасиво. Не хочу тебя подводить, – она попыталась спастись словами, не поднимая глаз. "Оправдываюсь, как школьница в японском мультике".

Снег пошел гуще. Сашку стало хуже видно.

– Мне кажется, что ты просто меня морочишь…

Лене в этот момент захотелось, чтоб снежинки превратились в камни. Чтоб завалили его или ее.

– Я выписал тебе премию, и твоя сотня в моем кармане. Хочу вручить тебе ее лично сегодня вечером, у меня. Извинения не принимаются, – он сделал еще один шаг к ней. Она подняла глаза. За его спиной падающий снег превратился в плотную белую стену, отрезая путь к теплеющей кондитерской. А сам Сашка стоял на мокром асфальте, попирая разгвазданную жижу бывшего снега. Его шузам было все равно на чем стоять.