Я родила от друга мужа

Я постоянно неосознанно оцениваю его, думаю, какой он был бы отец.

Глупо, очень глупо. Человек ни сном ни духом, да и вообще, доноров не зря не оповещают, кому они дали жизнь, им это не надо. Дали и дали, всем нужна в дальнейшем приватность.

– Светлана, чего грустная такая? Работа уже не нравится? – усмехается Никольский.

– Что? А, нет, все хорошо.

Просто думаю, как тебе сказать, что ты отец моего сына. А может, не говорить? Пусть так и остается в неведении. Ну, что может натворить Женя? Хотел бы, сделал давно гадость.

И на сердце разливается спокойствие от принятого решения. И пускай я трусиха, у меня благородные намерения. Не хочу осложнять жизнь человеку, вон, у него и невеста есть.

Эх, а жаль.

Романтичного сценария, навеянного Лидой, явно не получится, Иван в меня ни за что не влюбится. На работу взял и спасибо. Это предел мечтаний для такой, как я, рядом с таким, как он.

– С утра у нас с вами встреча, я дам документы, чтобы вы в теме вопроса были, они в машине лежат, – рассказывает Иван, не подозревая на чем завис мой воспаленный мозг. – Не будет проблемой почитать перед сном, я надеюсь?

– Нет–нет, конечно, я готова, – изображаю рабочее рвение.

Встречи – это страшно, отвыкла я от общения на виду. Интересно, как должен выглядеть личный помощник Никольского? То есть, во что мне одеться.

Но этот вопрос я не решаюсь задать.

– Садитесь, – мы подходим к большому черному автомобилю, и Иван открывает передо мной дверь, – не бойтесь, не съем.

Ох уж эта его тяга пошутить! Если честно, начинает раздражать. Чувствуется, привык он быть всеобщим любимчиком, что не скажет, все в радость.

– Благодарю, – отвечаю сдержанно, залезая с максимальным изяществом.

Не зря читала статьи в женских журналах, они пригодились. Правда, жаль, измену не смогла по перечисленным там признакам рассмотреть, но я и не хотела.

– Петр, в «Золотую утку» нас, пожалуйста, – Никольский дает указание водителю, и мы трогаемся.

Интересно, людям, имеющим прислугу, не хочется побыть наедине самим с собой, ведь они всегда как бы под присмотром. Хотя, Никольский, наверное, никого не замечает, он ведь с детства привык к таким условиям.

– Папка, это вам, – Иван протягивает мне документы. – Там не сложно, вы справитесь, я верю.