Фиктивная семья на Новый год

Он вот–вот приедет из командировки и придет к нам в гости. И так неизменно на протяжении нескольких лет.

Соблюдаем правило трех «С». Стабильно, своевременно, свободно. Примерно так можно описать основополагающие принципы наших взаимоотношений.

Любви нет. Она ни к чему. А от рутины спасает то, что я отказываюсь с ним съезжаться, хотя он не раз предлагал.

Может, и глупо, но если уж снова окунаться в брак, то по большой любви. Во мне до сих пор живет неисправимый романтик.

– Была б я джинном, – невесело ухмыляюсь, думая о личной жизни, которая далека от идеальной, и качаю головой, не договаривая мысль.

Но зато я никому ничего не должна. Пришел – молодец, нет – не страдаю.

Свободная независимая женщина.

– Ладно, давай по существу. Я действительно не просто испортить тебе обед подсел, – Павел становится серьезным. – Есть одна вещь, которую я бы попросил. Лишь одну, не три.

– Как созреешь, скажи, – опускаю глаза в тарелку.

– Уже созрел, – он берет меня за руку, из–за чего приходится снова поднять на него взгляд.

Глава 8

Первая мысль – где стоит скрытая камера?

Сижу молчу, Фирсов тоже. Он ведь не всерьез, пошутил? Или нет?

А вторая моя реакция – грусть. В первый раз я получила предложение в связи с беременностью. И теперь, чувствую, причина не во вспыхнувшей любви.

– А–хах, смешно, – выдавливаю из себя.

Фирсов меня только что ранил.

– Нет, не смешно, – Павел медленно качает головой, – для меня во всяком случае.

И впрямь, взгляд у него такой, словно судьба решается. Но это не может быть взаправду. Мне давно не восемнадцать лет, чтобы в сказки про внезапную любовь верить.

– Хорошо, – возвращаю свою ладонь себе, – где подвох?

Эх, а ведь я была бы рада услышать сейчас заверения в разгоревшейся страсти. В глубине каждого из нас живет грустный романтик. И чем он старше, становится более расстроенным.

Кошмар, я все же отчаявшаяся тридцатилетняя клуша. Одна фраза вызывает столько эмоций.

– Подвоха нет, – Фирсов откидывается на спинку стула.

– Зачем тогда замуж зовешь? – я по–прежнему ничего не понимаю.

Но, кажется, заверений в любви с первого взгляда все–таки не будет.

Павел оглядывается по сторонам, словно проверяет, не подслушивают ли нас.

– Зря я это начал так, нужно было документ о неразглашении подготовить, – он качает головой. – Впрочем, раскроешь рот ты, раскрою его и я.