Золотая орда. Восхождение

Дверь открылась под сильной рукой Тимура – и через секунду я встретилась с мужем взглядом. У меня перехватило дыхания от его магнетических, таких подавляющих волю, глаз. Мой взор скользнул вниз – на Тимуре были лишь спортивные штаны. Он решительно шагнул в ванную комнату, и все, что мне оставалось – попятиться назад. Я, совершенно забыв, что секундами раньше мне удалось залить пол, поплатилась за это – поскользнувшись, я стала опрокидываться назад, но, слава Богу, Тимур успел среагировать – он удержал меня от падения своими сильными, такими любимыми мной, руками.

– Спасибо, – выдавила я из себя, отчего-то смущенная уединением со своим мужем в ванной комнате. Может, потому что неподалеку, в отличие от спальни, находился зал, в котором был Рустем? Или же, по причине того, что в ванной комнате было достаточно светло, и мне было не по себе, после странной, ночной близости? Я напряглась, отслеживая свои чувства, неужели я боюсь Тимура? Я спешно опустила глаза вниз, опасаясь, что он прочитает страх в них.

– Эй, – муж прервал мои размышления, окидывая меня уже просто внимательным взглядом. Мне пришлось посмотреть на него. Каре-зеленые глаза чуть сощурились.

– Я сделал тебе больно этой ночью? – произнес Тимур, и я услышала в его голосе тревогу.

– Нет, нет, – я отрицательно замотала головой. Глаза обожгли слезы. Муж поймал мое лицо, обхватив своими шершавыми ладонями, и заглянул мне в глаза, произнеся:

– Не лги мне.

Я затрепетала и ответила тихим голосом:

– Я просто напугалась… Ты не сделал мне больно, но ты был очень… – я шумно вздохнула, подбирая подходящее слово, – быстрым.

Губы Тимура изогнулись в самодовольной улыбке, а затем, раздался его вкрадчивый шепот у меня над ухом:

– Ты не получила удовольствие? Сейчас я это исправлю.

Он припал к моей шее, там, где бился пульс, своими обжигающими губами. Я со вздохом прикрыла глаза, обнимая Тимура, однако боль в животе, вновь напомнив о себе, вынудила меня произнести:

– Не сейчас, Тимур. Я неважно себя чувствую.

Он чуть отстранился от меня, сканирующим взглядом проходя по моему лицу, которое наверняка уже побледнело.

– Причина этой боли – я? – поинтересовался Тимур. Он чуть нахмурился, ожидая ответа.

Я была тронута его заботой и смущена. Уткнувшись носом в его колючую щеку, пахнущую горько-сладким ароматом, я тихо ответила:

– Я переживала за тебя, это так, моя душа страдала. Но сейчас, ты рядом – и мне легче. А болит из-за женской причины.