Женщина бандита

Особенно, когда его ладонь, как бы невзначай, касалась полоски обнаженного живота.

– Ну, всё, красота моя, готово, – Искандер дерзко улыбнулся и выпрямился.

Встав посреди комнаты, он упер руки в бока и обвел пространство внимательным взглядом. Видимо, вспоминал, все ли взял с собой.

Вся его поза выражала нетерпение и желание действовать. Энергия в Искандере кипела и ощущалась даже сейчас, когда он просто стоял на месте.

Я медленно поднялась и встала позади любимого.

Не самые веселые мысли уже закружились в моей душе.

– Искандер, – тихо позвала.

– А? – он послал мне взгляд через плечо.

– Мне страшно, – призналась я.

– Чего боишься? – Искандер повернулся ко мне и взял за плечи. Тепло его пальцев просачивалось сквозь кофту, и мне казалось, что я стою голой перед ним.

– Много чего… – я напряженно улыбнулась. – Москва – она такая большая. Здесь непросто-то было, а там как?

– Как бы там не было, моя милая, самое главное, чтобы мы были вместе.

– А ты… – я сглотнула, потому что слова приносили мне боль, – меня не бросишь?

– В смысле? – черные брови поползли вверх.

– Ну, в Москве много женщин. Красивых, успешных… Вдруг, ты…

Я не договорила, потому что Искандер прижал к моим губам горячую ладонь. Да так сильно, что я удивилась.

– Даже не договаривай, Лиза, – властно произнес он, – я тебе уже дважды сказал, что люблю тебя, а ты все сомневаешься. Я не из тех, кто признается в любви одной, а других трахает для разнообразия. Мне это неинтересно. Я уже достаточно пробовал в этой жизни, чтобы сделать выводы.

Я кивнула, и любимый убрал руку.

– Вот умничка моя, – он погладил меня по щеке, и я, пронзенная его лаской, затрепетала.

Интересно, я всегда буду так волноваться рядом с Искандером?

…Наш местный аэропорт сегодня был тихим и печальным.

Словно зная, что я уезжаю, он грустил по мне.

Как-то даже непривычно было видеть аэропорт таким.

С щемящим чувством груди я стояла рядом с Искандером, пока он покупал для нас билеты.

Хотелось плакать – только я не могла понять почему.

Может, потому что понимала, что уезжая в Москву, я оставляю свою прежнюю жизнь?

Там, в столице, не будет ни знакомых улочек, ни заботливой Зои Павловны…

И тети Веры с Аленкой, и отца с бабушкой!

Жаль, что мы расставались вот так, на такой горькой ноте. Понимала – их не переделать.