Женщина бандита

Все здесь было выдержано в белых, золотистых и коричневых тонах. На крючках висели пушистые, белоснежные полотенца.

При виде них я даже захотела принять душ, но опасаясь за свою руку, отказалась от этой идеи и ограничилась минимальными водными процедурами, на которые была способна.

Вернувшись в спальню, я кое-как оделась. Все же, когда одна твоя рука сломана, это становилось непростой задачей, но я справилась. К этому времени я уже ощущала такой голод, что не оставалось ничего другого, как спуститься вниз, хотя эта идея и заставляла меня нервничать.

Я помнила, что Искандер сказал мне этим утром…

Но сейчас его рядом не было, а я чувствовала себя неуверенно. Размышляя над тем, как все пройдет, я вышла из спальни и направилась на первый этаж.

Так, куда же идти? В какой стороне комнаты братьев, а где – кухня?

К счастью, звук закипающего чайника подсказал мне правильный ответ. Я завернула в коридор, прошла пару метров и оказалась на пороге кухни.

Уют. Вот какое слово подходило для этого места.

Кухонный гарнитур из темного дерева (чем-то напомнивший тот, что был в другом доме, но этот был роскошнее), посреди – островок, у стены – кожаные диванчики, а возле плиты крутилась невысокая, коренастая женщина. Её голову украшал яркий платок, повязанный, как косынка.

– Здравствуйте! – поздоровалась я.

Незнакомка, вздрогнув, обернулась. Секундное удивление на загорелом лице, а потом его сменила искренняя улыбка.

– Здравствуйте, – с легким акцентом отвечала она, – вы, наверное, Лиза? Хозяин говорил про вас.

А я – Гюнаш. Мы с Данизом работаем тут. Даниз – мой муж.

– Очень приятно познакомиться, – я улыбнулась в ответ.

Женщина, стоящая передо мной, отличалась яркой внешностью. Черные брови, густые ресницы, темные глаза. Прямой нос очень гармонично смотрелся на её смуглом (теперь я поняла, что это был не загар, а оттенок кожи) лице.

Несмотря на возраст (предположительно, ей было за 50), Гюнаш была красива.

Хотя кто сказал, что красота исключительная прерогатива молодых?

– Лиза, я как раз приготовила завтрак.

Надеюсь, омлет вы кушаете? – поинтересовалась Гюнаш.

Мне было так непривычно, что женщина, втрое старше меня, обращалась ко мне на «вы».

– Гюнаш, ко мне можно обращаться на ты, – с улыбкой попросила я, – и да, я непривередлива в еде, и с аппетитом поем омлет. Это им так вкусно пахнет?

– Да, хорошо, – лицо женщины расцвело в улыбке, полной облегчения.