Женщина бандита

Понимала, что нужно себя чем-то занять, вот только сделать это было очень трудно.

ИСКАНДЕР

Боковым зрением я проводил Лизу вдоль коридора. Только сейчас я понял, что ей не хватило какого-то особого жеста от меня. Вероятно, поддержки.

Ничего.

Когда поднимусь, обниму её крепко. Но не здесь. Слишком много случайных людей.

Я часто проигрывал предстоящие ситуации в своей голове. Раскладывал их по отдельным полочкам. Эта полочка была предназначена для Лизы.

– Проходи, дорогой, – певуче протянул Гаур.

Мы были уже давно в деле и знали наши красные линии. После убийства Ахмеда, некоторые из воровского мира рискнули сунуть свои подлые лапы в мой бизнес. Теперь я объявил сходку, чтобы расставить все жирные точки.

Кто-то убил моего брата по оружию. Ахмед был надежным человеком, ни никто так и не объявил войны.

Цыган не имел отношения к рынкам зелени.

Он продавал наркоту. Вряд ли бы он сунулся в тему, но он мог что-то знать.

Я, Амин и Гаур подошли к столику, за которым сидел Цыган со своим доверенным человеком.

Заметив нас, Цыган встал и, любезно улыбнувшись, протянул руку. Его пальцы украшали золотые, массивные печатки.

– Искандер, приветствую тебя!

– Взаимно! – я сжал его жилистую ладонь.

Хитрый лисий взгляд Цыгана выдавал его легкую обеспокоенность, когда он пробежался им по лицам моих людей.

Я сел за стол напротив Цыгана.

Амин разместился напротив его человека, имя которого я не знал.

Это был новый человек. Предыдущего убили на прошлой неделе.

Сам Цыган и его свита наркоту не употребляли. По крайней мере, их вид не выдавал в них нариков. Но было что-то во взгляде Цыгана такое, что наталкивало меня на мысль, что он знает нечто важное и взвешивает, сказать ли мне это или нет.

– Цыган, мы знаем друг друга давно. Я не мешаю тебе. Ты не мешаешь мне. Мы с тобой в разных лодках и на разных полюсах, – я пристально вглядывался в его лицо, – но есть кто-то, кто хочет нас с тобой поссорить.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Лиза

Я вздрогнула от звука открывающейся двери и медленно открыла глаза.

Где я? Взор мой, затуманенный дремой, заметался по стенам гостиничного номера.